Антон на миг замер, затем стал так усиленно тереть лицо, обильно смачивая водой, будто хотел содрать с себя кожу.

Постепенно уродливые складки стали исчезать, нос приобрёл более естественную форму, а кожа блеснула белизной. Король провел по лицу кончиками пальцев, потом набрал в легкие воздух, упёрся в край чаши и окунул в воду всю голову. Через несколько секунд он выпрямился, снова набрал воздуха и опять нырнул. Так он проделал бессчетное колличество раз, пока хватало дыхания и не закружилась голова.

У входа на крышу раздался шум — упала дверь, висевшая на одной петле, из-за нее опасливо выглянул Фармо.

Дождь давно закончился, но в воздухе еще висели мелкие капли. Анжелика помахала рукой молодому человеку.

— Идите же сюда!

— Мадам, люди боятся выходить, они не верят, — громко произнёс Фармо и покосился вниз лестницы, стараясь, чтобы их разговор был услышан другими.

— Всё в порядке, — почти прокричала Анжелика. — Бояться ничего. Скажите людям, что король здесь.

Она обернулась к Антону. Тот после очередного ныряния выпрямился, откидывая назад мокрые волосы и открывая ее взору своё новое лицо.

Анжелика была готова принять любой облик короля, но не тот, который она увидела.

Перед ней стоял принц Антуан и счастливо улыбался, проводя ладонями по гладкой коже лица. Он протянул девушке руки ладонями вверх, призывая подойти ближе. Анжелика попятилась назад.

— Вы так похожи на брата, — еле выдавила она из себя.

— У меня нет брата, — король виновато посмотрел на девушку.

— Ничего не понимаю, — Анжелика потрясенно смотрела на Антона во все глаза.

— У меня нет брата, — повторил король.

Все ещё смутно понимая происходящее, Анжелика вздрогнула, будто ее ударили. Как может быть, что Антон и Антуан все же один и тот же человек?

В душе всколыхнулись все обиды, нанесенные принцем. И они стали горше от того, что их, как оказалось, наносил любимый человек.

Антон всё это понял, опустил протянутые руки и, перестав улыбаться, произнес только ее имя:

— Анжелика, — и сделал шаг вперёд.

Анжелика резко отвернулась, ища глазами хоть какое-нибудь укрытие.

На крышу робко выходили люди, удивленно оглядываясь и щуря глаза заходящему солнцу — теперь уже только треть диска виднелась над лесом.