— Но это можно делать постепенно, — возразил я.

И в моих рассуждениях был здравый смысл.

— Хозяин не даст этого сделать, — возразил король. В этот момент Клемент добил последнего врага. — Видишь, что творится? Лаборатория рассекречена теперь. А от тебя зависит судьба целого мира. Я верю Клементу и верю, что ты справишься. Дни нашего учёного сочтены, он очень стар и немощен, а без него мы не сможем получить нужный препарат. Обещай мне, что не откроешь своего лица никому, пока не придёт час, и не говори людям о моей смерти. Пусть это будет тайной. Хозяин не дремлет, пусть думает, что всё идёт так, как этого хочет он.

— Но я не готов занять твое место, — воскликнул я, видя, что жизненные силы постепенно покидают его.

— Ты справишься, — уверенно произнес брат. — Оберегай людей, как делал до этого я. Пусть они остаются в неведении, пока не придёт спасение. Сохрани моё тело здесь, не отправляй в неизвестность. Пусть хозяин ничего не знает обо мне. Теперь уходи, я не хочу, чтобы ты всё видел. Клемент знает свое дело.

Антуан смолк, снова переживая тяжелые минуты.

— В душе у меня бушевала гамма эмоций, я выбежал и долго беззвучно рыдал, сидя прямо на полу, напуганный неизвестным будущим. Ведь я привык во всем полагаться на брата, и вдруг всё изменилось. Это навалилось на меня тяжким бременем. Не помню, сколько я так просидел, но вдруг услышал приглушенный взрыв в лаборатории Клемента. Я бросился туда и нашёл в руинах истекающего кровью Клемента. Повсюду разлетелись осколки, пахло едкой гарью.

— Что случилось? — спросил я Клемента, пытаясь поднять его.

Но он отстранил мою руку и, указывая на пустую стену, произнёс еле справляясь с непослушным языком:

— Он до нас добрался. Я знал, что так будет.

Я тогда ничего не понял, но по истечении долгого времени догадался, что через тайной ход пришли еще слуги хозяина и взорвали аппарат Клемента. Хозяин не хотел, чтобы его опыт сорвался. Да и незачем было людям давать слишком много воли. Так вот, Клемент протянул дрожащую руку, указал уже на ящик стола:

— Там лекарства. Дай мне бумагу и перо.

Я исполнил просьбу. И он, еле двигая рукой, нарисовал известный вам портрет и с последним вздохом произнес:

— Прощай, теперь всё ложится на твои плечи.

Последние слова я скорее угадал, чем услышал. Клемент умер у меня на руках, и я остался один. Наедине со своей тайной. Все во мне замерло, и я действовал дальше машинально. Отнес друга чародея в черный ящик, его я не мог скрыть от хозяина. А брата похоронил в одном из подвалов подземелья и замуровал туда вход. Забрал лекарство и навсегда запер дверь в лабораторию. Одевая маску, днем я играл роль короля перед людьми внизу. Изображать брата мне не составляло большого труда, мы с ним были очень похожи. А ночью, приняв снадобье, был принцем Антуаном — весёлым и беззаботным. С такой болью в душе я живу все эти годы. Подданным, которые не знали о подземельях, я солгал, что король так огорчен смертью своего друга, что отказался от всех развлечений и приёмов, и все поверили.