- Невероятно… - только и смог выдохнуть Джон.
Пояснения Лорда Баала не просто не облегчили понимание его слов, они наоборот, заставили разум капитана напрячься ещё больше. Напрячься и понять, что он абсолютно ничего не понимает. Нет, интерпретация каждого из терминов, озвученная послом, не противоречила тому, что он сам знал ещё из академии флота. И в одной связке они выглядели, в общем-то, неплохо дополняющими друг друга, но… Но так же не бывает!
- Мы прошли долгий путь к такой системе, капитан Шеридан, - с покровительственной ноткой в голосе произнёс Баал. – И я вполне могу понять, что для представителей других цивилизаций мои слова могут звучать полнейшей ахинеей… Но я вас уверяю, это работает. Более того, - мужчина задумчиво огладил бородку, хитро посмотрев на собеседника, - в истории вашей планеты существовало государство, практически достигшее аналогичных результатов. Просто, они что-то сделали не так на столь долгом пути…
- В истории Земли был похожий государственный строй?
- Ну да, - кивнул Баал. – Коммунизм. По крайней мере, этот земной термин ближе всего подходит по своему смыслу и своей сути…
В этот момент Джон был несказанно рад, что не вставал со своего стула – случайно сесть мимо на глазах у посла другого государства было бы не самым… дипломатическим действием во всей его карьере.
***
Лондо задумчиво крутил в руках пустой бокал, глядя в стену перед собой. Уже в который раз за последний год его посещало ощущение, что всё вокруг, и он сам в том числе, катится в глубочайшую яму, причём, чем больше он пытается сделать для своего народа, тем глубже оказывается яма впереди… А ничего не делать он уже не мог – у людей было выражение «коготок увяз – всей птичке пропасть». Вот той самой птичкой он себя и чувствовал. Оставалось только надеяться, что у него получится поймать момент, чтобы вовремя соскочить, желательно, без кошмарных последствий для себя и государства…
Именно поэтому на публике он продолжал вести себя так же, как и раньше, держал лицо, хоть это и удавалось с каждым днём всё сложнее. Морден… Мистер Морден, столь любезно и «вовремя» оказавший ему помощь и содействие в вопросах противостояния Нарну, был одной большой костью в горле посла Центавра. Тогда, почти год назад, Моллари пошёл на поводу у своих эмоций, позволил втянуть себя в какую-то интригу, которая, как он полагал, ещё далека от завершения. И, что не нравилось ему больше всего прочего, он совершенно не понимал, в чём может заключаться конечная цель этой интриги, и какая роль будет отведена его народу. Порой это очень сильно пугало считавшего себя далеко не глупым центаврианина.