Остановились на светофоре, и ехидно улыбающийся классик достал из портфеля еще одну бумажку:

— А это тебе от Союза, дача!

— Натурально рог изобилия! А на меня сейчас метеорит в компенсацию не упадет? — хохотнул уже и не удивившийся я — вот оно, «определяющее сознание бытие» на худсовете как аукнулось!

Так нифига себе у феноменального пионера мрачняк — комната в коммуналке на двоих с матерью — последняя еще и по беременности в больницу угодила, за спиной — ментовской беспредел, жуткая авария с потерей памяти, соседи-алкаши избивают жен, а сам ребенок, вопреки всему, проявляет завидную гражданскую сознательность, перевыполняет план по сбору металлолома и мощно «донатит» в детдом. Просто обнять и плакать! А супер быстрое «проворачивание» бюрократического аппарата объяснить еще проще — авторитарный режим у нас тут или где?

— Про аванс это ты правильно сказал, — принялся Борис Николаевич меня немножко воспитывать. — Наполучал ты их сегодня ой как много, так что теперь будь добр соответствовать.

«Потому что за твои косяки огребать будем вместе!» — считал я невербальный посыл.

— Обязательно! Вот квартиру посмотрим, и я бы хотел дядю Толю попросить оформление бумажек на себя взять. Возьмете?

— Возьму, — смиренно кивнул многое сегодня переживший новый папа.

— Спасибо вам большое! А я тогда в Союзмультфильм поеду, вчера ночью не спалось, и я сценарий мультфильма написал про мамонтенка, который на льдине в Африку плывет!

— Это ему зачем? — хмыкнул Полевой.

— Мама искать приемную, слониху! Меня же с членским билетом примут и выслушают, Борис Николаевич?

— Если не выслушают — попробуем в следующий раз вместе прийти! — пообещал он. — Копия есть?

— Конечно! Три штуки — как всегда!

— В портфель одну положи, — кивнул он на тару.

Положил.

— Завтра нам еще в «Правду» нужно, оставим заявку на издание «Бима» отдельной книгой, — выкатил еще плюшку Полевой. — Но раньше чем через полгода не выпустят точно.

— А мне уже казалось, что день лучше быть не может! — хохотнул я. — Спасибо, Борис Николаевич.

— Не меня благодарить нужно, — отмахнулся он.

Во дворе нашей новой обители, куда мы прибыли навестив по пути сберкассу и обнулив счет — на ремонт! — царила суета: хмурые мужики как раз сгружали из кузова «ЗиЛа» и заносили в подъезд блестящую ванну голубого цвета.

— Это что, тоже Екатерина Алексеевна? — спросил я, сразу поняв — кому это.