— Ладно, с назначением Спурия мы наконец определились, а как насчёт моего? — напомнила о себе его супружница, — Я понимаю, что с вашим подходом военная кампания надолго не затянется. Понимаю и то, что меня там только ещё не хватало, пока обстановка не наладится. После — смогу выехать к Спурию, и плевать на лагерный быт. Что я, сама в лагерной палатке юнкершей не обитала? Но до этого момента займите и меня чем-нибудь таким, чтобы я была избавлена от общения с безмозглыми кошёлками по уважительной и не обидной для них причине занятости важной и не терпящей отлагательств службой. На учительство в школе согласна сразу.

— Ну, ты ведь потом ко мне рвануть собралась, и хорошо ли это будет посреди учёбы менять мелюзге училку? — урезонил её муж, — Да и если захотят вытащить тебя на приём, так вытащат и со школьных уроков. Попросит генерал-гауляйтер подменить тебя кем-нибудь, чтобы высвободить для приёма, и не откажет же руководство школы ему?

— Точно, не подумала об этом. Тогда надо из города линять. На радиостанцию дежурить? Согласна сразу. Оттуда уж точно на дурацкий приём не вытащат. Это на крыле быстро, а по земле заведомо не успеть. Заодно я ещё и одной из первых буду в курсе всех последних известий о ходе вашей Канарской операции, в которой у меня, между прочим, муж участвует. Имею право беспокоиться? Первый раз в жизни жалею, что не обезьяна — не получится у меня убедительную истерику закатить, — мы все рассмеялись.

— Ну, этот довод и не прокатит, — хмыкнул я, — Ближняя связь с городом работает и в голосовом режиме, так что новости приходят быстро. Так, стоп! У тебя же на хорошем уровне биоэнергетика была. Не растеряла навыков?

— Поддерживаю, чтобы быть в форме. Есть какой-то вариант?

— Групповые медитации в святилище Эндовеллика.

— В городском храме, что ли? А толку?

— Нет, тут фокус как раз в том, что работа не в городе, а в лагерном святилище Корпуса, — Волний въехал в мою задумку, — Городские жрецы этому делу не обучены и не помогут, мы все участвуем в операции, как и большинство наших, и в городе их будет ещё меньше, чем в лагере. Ну и само дело такое, что нежелательно его широко афишировать.

— Так что за дело-то?

— Ну, ты же в курсе, что Ирка девку Мериту родила на Капщине? Вернулись они оттуда, и теперь Мерит сына хочет, а Ирке боязно, не получится ли опять девка. Тетя Юля тоже в панике — сама двух девок родила, а сын у дяди Сергея от Денаты, а не от неё, и что, если обе её девки тоже одних девок рожать повадятся? Представляешь, какая антиреклама получится для её внучек, если к ним не добавятся внуки?