И батя, сам деревенский по происхождению, предложил Вадьке сделку, мы тебе корову, а ты нам — банку парного молока по выходным. Мужик аж запрыгал от привалившего счастья, кричал, что он по ведру и, неужели, это правда? Сказано, сделано! Батя сгонял в ближайший Совхоз, оплатил живой вес и, вуаля, дуй Вадька в совхозный коровник, выбирай любую. Как говорится, за рога её и в стойло. Батя с мужиками-соседями по хрущевке часто так делали, по осени покупали в совхозе одну корову на всех, и зимой хранили мясо на балконах. Но, не тут-то было…

Вадька, все это на радостях рассказал дома и уже было собрался на коровник, но был остановлен своим Зятем, который его вразумил, что ЭТИ корову дают не просто так, а чтобы потом забрать у Вадьки и дом и жену. В итоге, через неделю батя близко познакомился с местным участковым, который получил соответствующее заявление от граждан из-за оврага и никак не мог понять, зачем бате понадобилось Вадькина старуха.

А деньги, так и сгорели. Совхозные были готовы привести нам на двор любую корову, хоть сами прийти вместо нее, но вернуть деньги…, отказались категорически. Мама Аня батю за это чуть не прибила и долго потом еще булькала… Так и забылось.

А Вадькин Зять вскоре погиб. Он был быком, и по жизни, и по профессии. Где-то шмальнули. Времена хоть ещё и не были бандитские, но тогда, в Нахаловке, такое, бывало частенько. Он к бате приходил тереть за ту корову, но услышав о батином друге «Председателе», как-то быстро отвалил. Опасный был персонаж этот Зять, шальной. Достаточно сказать, что когда у них дома ладилась гулянка, родные вожжами вязали ему руки и ноги, клали на диван, а рюмку ко рту подносили. А потому, что если так не сделать, то после третьей, он хватал топор и носился по Нахаловке с криком «Всех порешу-на!». Но все об этом знали и заранее прятались. И он знал, поэтому и давал себя связывать еще на трезвую. Их снесли через пару лет, впрочем, как и многих в Нахаловке.

Были и другие соседи-нахалята. Даже не верится, что все это было. Воистину — любовь, алкоголь и весна! Мой друг, Миша Евдокимов (тот самый), я с ним играл в музыкальном ансамбле вместе с братьями Бахманами, приезжая к нам в гости, лично наблюдал моих веселых соседей в естественной среде обитания. Потом, в будущем, он все это рассказывал писателю Анатолию Трушкину, тот ему писал монологи, а Миша читал их со сцены. Люди просто подыхали от хохота! Но, это отдельная тема и, когда-нибудь, я про это напишу.

— Коля, привет, дорогой! Что это у тебя?! — не понимаю я.