— Ну, ты что, не помнишь? — расстраивается Коля.

Присмотревшись, узнаю. Это «чебурашка»! Темная бутылка из-под пива с коротким горлышком, таких уже давно нет, с пробкой «бескозыркой» и криво приклеенной этикеткой «Водка „Русская“». О, Господи, конечно, помню! В 1993 году непьющие Колины родители отоваривали талоны, а саму водку складывали в ящики. Я же им сам и помогал те ящики, штук пять, относить к ним в подвал. Тогда водка была валютой и Земляковы использовали ее, например, для расчета с трактористом, весною распахивающим им огород.

— А я сегодня полез в подвал угол разгрести, про те ящики и забыли уже, а они, вот, стоят на полках. Вот, тебе принес! Интересно, живая ли, не выдохлась, давай, попробуем? — предлагает Коля.

— Это сколько же лет прошло, двадцать семь?! — удивляюсь я. — Ну, давай, попробуем, что ли.

Расположились на веранде. Хотя и солнышко, но еще не тепло на воздухе в марте, замерзнем в беседке. Ира, жена моя, закуску принесла. Колю, в отличие от остальных наших буйных соседей, она жалует, а с Таней дружит. Если с Колей, то за небольшой баф она меня не гоняет.

— Ну что, Михалыч, за родителей, земля им пухом! Вишь, позаботились о ребенке! — поднимает рюмку Коля.

— За твоих родителей, Коля! Славные они были люди, никогда не забуду. — отвечаю я.

Махнули по 50 грамм «Русской» почти тридцатилетней выдержки и обалдели. Градусы есть, но вкус и запах, как у резиновой подошвы. Реально отрава! Заспорили, что не могла власть в 1993 году население такой дрянью травить, а если она это делала, то правильно её тогда из танков расстреляли. Как вариант, может бутылка попалась левая, ящики же сборные? По сколько бутылок тогда на талон давали? Уж и не вспомнить. Пошли в подвал, другую возьмем.

— Коля, а что это за пакеты с травой на полке с ящиками? Не анаша, часом, а-ха-ха?! Все подписаны, тети Веры рука. Полынь — от отеков. Знаю! Подорожник — от язвы. Знаю! Сирень — от почек и простуды. Знаю! Калея — снотворное и для ясности ума. Не знаю!

— Коля, а что за Калею мама твоя собирала?! Тоже не знаешь? Я возьму, заварю, попробую, ясности ума мне как раз не хватает. Да и просыпаюсь часто в последнее время.

— Бери конечно. Пойдем дальше пробовать? — Коля согласен на экспроприацию древней травы.

Вторая бутылка резиной не пахла и тогдашняя власть была реабилитирована, но градусов в той водке уже не было, выдохлась, видимо, почти тридцать лет, не шутка. На том и разошлись. Догоняться современным алкоголем не стали. Во-первых, не было в запасе, а во-вторых, завтра рабочий день.

А дальше самое неприятное. Перед сном заварил в чайничке немного той Калеи, отхлебнул и тут же понял, что это самое горькое, что я когда-то пробовал в своей жизни. Прополоскал рот водой из-под крана, не помогает. Схватил из вазочки леденец, немного отпустило. Стало заметно клонить в сон. Быстро, в кроватку! Боже, какая хорошая и удобная подушка! Может Ира поменяла? Надо спросить…