— Какая от этого прибыль будет для «ОПБ»?

Господин Юн слегка пожимает плечами.

— К сожалению, не отвечу на ваш вопрос, — признаётся он. — Это могли бы сделать представители партии, но, к сожалению, доступ к вам сейчас разрешён только адвокатам, с целю реализации вашего гражданского права на получение квалифицированной юридической помощи. Я же являюсь сторонним работником, не посвящённым в планы нанявшей меня организации. Однако, исходя из своего понимания ситуации, предположу, что ваше дело, скорее всего, будет использовано как один из аргументов политической борьбы на предстоящих выборах. Которое даже после беглого ознакомления выглядит беспроигрышным. В отношении вас было допущено очень много явных нарушений.

— Например, — каких?

— Ну, во-первых, вы несовершеннолетняя. Ссылка на факт нахождения страны в состоянии войны достаточно легко оспаривается. Если представители военного командования будут настаивать на этом, используя как аргумент своей защиты, тогда они должны будут объяснить, почему данное обязательство не коснулось других граждан вашего возраста и пола. Поскольку подобных случаев зафиксировано не было, то совершенно очевидно, что для вас было сделано исключение, необходимость которого совершенно непонятна. Во-вторых, наличие амнезии — это медицинское обоснование невозможности прохождения службы в боевых частях. К тому же, определять такому человеку военную специальность, связанную с хранением государственных секретов, — является либо крайней стадией идиотизма, либо умышленным деянием, направленным на подрыв обороноспособности вооружённых сил страны. В случае, если удастся доказать второе, это реальный срок для должностного лица, отдавшего приказ. Но, скорее всего, сделать это не получится, и претензия пойдёт по первой части — возмещение ущерба за причинённые моральные и физические страдания.

— Вы ведь переживали, когда думали, что можете забыть доверенную вам государственную тайну? — спрашивает адвокат, немного наклоняя голову и проникновенно заглядывая мне в глаза.

— А мне её не доверяли, — озадаченно сообщаю я.

— Но вы же из-за последствий амнезии могли забыть, как пользоваться аппаратом для шифрования?

— Да, — мгновение подумав, соглашаюсь я. — Могла.

— Соответственно, вы переживали, что не сможете выполнить боевую задачу по передаче информации, в результате которой могут погибнуть военнослужащие. То есть — морально страдали. От этого у вас наверняка повышалось давление и болела голова. Другими словами, возникали ещё и физические страдания. К сожалению, без документов, подтверждающих ваше обращение за медицинской помощью, доказать это также не получится. Однако упоминание данного факта поможет создать соответствующий эмоциональный фон, благодаря которому решение судьи о величине денежной компенсации за причинённые вам муки, может оказаться более впечатляющей, чем если о нём умолчать…