Светлый фон

- Господи!

- Да. Это только на телеэкране кажется, что всё здорово. А на самом деле это страшно. У наших конкурентов всех айдолов и трейни бандиты сожгли и убили несколько десятков фанатов.

- Но у нас пока ничего об этом не передавали.

- Потом передадут. Ладно, нам делами заниматься надо. Сегодня устали, всех этих погибших хоронили, родственникам компенсации раздавали. Даже в банке для этого пришлось пять миллионов долларов взять.

- Джина! Ты так говоришь о миллионах, как будто это копейки.

- В бизнесе – это действительно копейки. Ну ладно, пока!

- До свидания!

Звонит голофон Маши.

- А это ещё кто? – Ворчит она. – О, смотри! Павел Ионов, собственной персоной! Алло! Привет Паша! Как дела? Как семья?

- У меня то всё хорошо, а вот как у вас там? Тут телевизор такие страсти рассказывает! Вас показывали, как вы с автоматов поливали гопников. А что это за гранаты у вас такие?

- Это вам ещё мало рассказывают. А гранаты обычные, зажигательные. Похожи на Ф-1 снаружи. Взрыв небольшой. В основном раскидывает шарики из чего-то. Оно сразу загорается, если шарик во что-то ударяется. Но там ещё и немного металлических шариков внутри. Наша охрана от них и полегла.

- А, понятно, что ничего не понятно! Тут связь иногда у нас барахлит. Два дня не было ни сети, и ни Интернета. Потом сказали, что северокорейцы какую-то специальную бомбу взовали и связь вырубилась по всему Дальнему Востоку, Северному Китаю и Монголии.

- Не знаю, у нас не исчезала. Ну что, начал писать «Пачу аргентино»?

- Да! Откликов много. Вроде людям нравится!

- Закончишь, позвони мне! Мы с Джиной что-нибудь придумаем для следующей книги.

- Хорошо!

Кончается ещё один день. Мы ложимся спать…

Рано утром прискакал Сон Хен. Решил нас проведать. Потом пришли рабочие. Вставили новые стеклянные двери и восстановили окна.

После этого мы с Машей решили нанести визит в художественную мастерскую. Тут мы заказали каменную стеллу с портретами погибших и их именами. Она будет готова через неделю.

Потом мы полетели к «Универсальным сёстрам». Вот где радости то было и девичьих взвизгов. Бо Рам сразу поинтересовалась: