— Я действительно делилась информацией, только не с бандитами! — с чувством собственной правоты ответила она.

— На кого ты работала?

— Я не работала, а помогала одному очень хорошему человеку. Когда-то он много сделал для меня, наступил мой черёд.

— Варя, твою в душу мать! — не выдержал я. — Кто это был?

— Товарищ Навойтов.

— Кто-кто?

— Товарищ Навойтов, — с улыбкой повторила она.

Я вспомнил, что про него рассказывал Петя Михайлов: до революции Навойтов занимался грабежами и налётами, а потом вдруг всплыл в качестве заместителя начальника Донского уголовного розыска.

— Но ведь его же арестовали…

— Несправедливо арестовали! — запальчиво выкрикнула девушка. — В ОГПУ Станислава Войцеховича обвинили в преступлениях, которые он никогда не совершал, никто не слушал его оправдания, и тогда ему пришлось бежать.

— А сейчас он, значит, пытается оправдать своё честное имя, — стал догадываться я, каким макаром бывший уголовник запудрил Варваре мозги.

— Да, товарищ Навойтов ищет доказательства своей невиновности, а ему помогаю.

— Ох, Варя-Варя! Был бы я твоим отцом, не взирая на твой возраст, выдрал бы тебя ремешком как следует, — печально вздохнул я. — Ты такую кашу заварила, что я теперь даже не знаю, как её расхлёбывать.

Мне было искренне жаль эту дурочку, а дров она наломала знатных.

— Сдадите меня — да? — догадалась она о мыслях, бродивших у меня в голове.

— Это было бы самым простым и правильным решением.

— Так чего ждёте, арестовывайте меня! — она вытянула руки.

— Да иди ты!

— Тогда что мне делать — самой во всём признаваться? Хорошо, я ничего не боюсь. Могу прямиком отсюда поехать в ОГПУ и дать чистосердечное признание. Но скажите, положа руку на сердце, в чём я виновата — в том, что помогала честному человеку?

— А с чего ты решила, что Навойтов — честный человек?