- Сколько он тут лежит?

- Давно, - Ирграм отодвинул факел от мертвеца. – Это мумия. Случается, когда тела попадают в определенные условия. Они не разлагаются, как в земле, а словно бы высыхают изнутри. И так могут храниться не то, что сотнями лет – тысячами.

- Да? – мальчишка присел. – Одежда у него… у вас так одеваются?

А вот одежда сохранилась плохо. Разве что уцелел массивный золотой нагрудник.

- Знаки, - Ица опустилась с другой стороны тела. И пальцы протянула, собирая пыль и паутину.

- Погоди, а вдруг отравленный!

Мальчишка перехватил её руку, и мешекское отродье неожиданно подчинилось.

- Надо, - сказала она Ирграму. – Взять! Это.

И ткнула.

Нагрудник был не от доспехов. Скорее представлял собой массивную четырехугольную пластину, украшенную двумя крупными камнями. Отшлифованные до гладкости, они казались мутными стекляшками, но стоило смахнуть пыль, и камни блеснули.

Слезы неба?

И крупные… и черные? Черные? Они бывают черными? Ирграм никогда не слышал о подобном. Еще пара таких же камней нашлась на цепи, удерживавшей эту штуку. И сидела она довольно плотно.

- Погоди, тело надо поднять, - Ирграм посмотрел в темноту. Рытвенник никуда не делся, вернулся и сел, ожидая, когда люди бросят играть со старыми костями.

Они даже несъедобные.

Ирграм ощущал эхо недоумения. И нетерпение. Та штука, которую рытвеннику дали понюхать, ему нравилось куда больше этого вот мертвеца.

Но пускай.

- Поможешь, - сказал он мальчишке, тот слегка побледнел, но кивнул. Тело за столетия покрылось тонким соляным налетом, и теперь не желало отходить от камня. А стоило чуть нажать и оно хрустнуло, разваливаясь на части. Покатилась и застыла у стены голова. Рука выломалась с мерзковатым звуком, заставившим барона скривиться сильнее прежнего. Но вот пластину снять удалось. На спине цепи перекрещивались, а вот замка, который бы их удерживал, Ирграм не нашел. Ничего. И так стянулась. Правда, пришлось отломать и вторую руку.

Кольца он тоже снял, как и широкий, украшенный золотыми пластинами пояс. Правда, меча на нем не обнаружилось, зато имелся кожаный кошель. Со временем кожа стала сухой и хрупкой, и в руках просто-напросто рассыпалась.

Пара монет.

И…