— В доме, — уточнил парень.

Девушка замолчала. Видимо, пыталась напрячь мозг. Потом выдохнула.

— Я… помню, — она зыркнула на парня.

— Хорошо, не надо повторять, — равнодушно ответил Шин.

Теперь девушка повернулась к нему. И некоторое время смотрела пристальным взором.

— А если я маме расскажу? — негромко произнесла она.

— Что расскажешь? — иронично усмехнулся Шин. — Пьяный бред? Ты? Та, которая у неё деньги для своего ёбаря тянула?

На лице у Ким появилось выражение недоумения… смешанного со страхом.

— Ты врала, — добавил Шин. — Врала много. Брала, считай, обманом вытаскивала деньги.

Ким порывисто вздохнула.

— Иди в свою комнату, — произнёс Шин. — Не заставляй тебя туда доставлять.

Девушка несколько мгновений молчала. А потом двинулась к выходу. А в коридоре повернула к наружной двери.

— Куртку наденешь, — заметил Шин, когда девушка закопошилась у входа. — Я вызову медиков. И тебя упакуют в психушку.

Копошение прекратилось. Вообще все звуки пропали. А потом Шин услышал шмыгание.

«Прям, как мамочка» — вздохнул парень, поднимаясь.

Он вышел из кухни. Ким сидела у стены, прижав колени к груди. Так, словно пыталась слиться со стеной. Вся скукожилась. Шин подошёл к ней.

«Ну, поехали».

Он опустился на колено. Погладил девушку по голове.

— Не ошибается тот, кто ничего не делает, — зарокотал парень однотонным голосом. — Это была другая Ким. Глупая, влюблённая. Тебе нужно прийти в себя. Начать строить свою жизнь. Тебе нужно отдохнуть. Поделать что-то руками. Тебе нужно посмотреть со стороны. Помогать маме. Тебе нужно самой заработать деньги. Это всё закончилось. Тебе нужно жить дальше. Мама тебя любит. Жизнь продолжается. Туда ты больше не вернёшься. Больше не надо обманывать. Больше не надо притворяться.

Уткнувшись в свои колени, Ким шмыгала. По её щекам бежали слёзы, взгляд остекленевший.