Косплей Сергея Юркина. Чужой.

Косплей Сергея Юркина. Чужой.

Первый щелчок зубами

Первый щелчок зубами

ВНИМАНИЕ!

«Все персонажи данного литературного произведения — являются вымышленными, и любое совпадение с реально живущими или жившими людьми случайно.»

Время действия: двадцать третье декабря

Место действия: храм Пэннён. Внутренний двор.

Ших-щих… Ших-ших…

Метла в моих руках издаёт ритмичный звук, сметая с каменной дорожки немногочисленные листья. Хорошая работа. Можно даже сказать, — творческая. И на свежем воздухе. А творческая — от того, что можно творить в своей голове любые «беспределы» и никто не пристанет. Снаружи ведь всё чинно. Человек занят общественно-полезным делом, — метёт. Замечательное времяпрепровождение для того, кому нужно привести мозги в порядок. Вроде меня.

На «подметальные работы» я попал благодаря настоятельнице монастыря. После явления хористкам «чуда обретения голоса», они разделились. Некоторые из них понесли «благую весть» своему духовному начальству, а другие — повели меня кормить. И это было очень человечно со стороны последних, ибо в организме действительно уже ощущался критический уровень нехватки сил. К моменту частичного восстановления энергии (когда я заканчивал перекусывать в храмовой едальне тем, что нашлось для страждущего в неурочное время), появилась настоятельница в окружении небольшой свиты. Наверное, на её памяти не так много происходило «чудес», чтобы не прийти самой посмотреть на «осенённого благодатью».

Поговорили. Рассказал ей про сон. О золотых песчинках, которые приманивал к себе голосом. Про то, что в итоге оказался осыпан ими с головы до ног. И как после решил «попробовать» помочь хору, услышав его песнопения. Продемонстрировал, «как теперь могу», сдуру зарядив по памяти «Аве, Мария» на языке оригинала. У всех присутствующих при первых звуках «ангельского приветствия», одномоментно округлившись, распахнулись глаза. Но, к сожалению, «недолго музыка играла». Голос «дал петуха», затем вдруг не хватило воздуха и всё завершилось скомканно и позорно. Наверное, торопливо сожранное после голодухи — упёрлось внутри в диафрагму, лишив её возможности нормального движения. Отсюда и недостача кислорода. Впрочем, мой недолгий «взвыв» оказался достаточным, чтобы настоятельница убедилась в правдивости рассказов сестёр о наличии в стенах храма какого-то феномена.