Валерий Николаевич отпил кофе, поморщился. Несмотря на то, что автомат был дорогим, а зерна известного производителя, напиток был не очень. Подошедший Полковников выбил кофейную гущу, вытащил небольшой бумажный пакетик, практически не заметный за пачками фабричных упаковок. Он зарядил автомат порошком из пакетика. Автомат загорелся, зашипел, начал плеваться кипятком, наполняя чашку напитком. Кручинин попробовал новую версию напитка. Аромат и вкус были на высоте.
— Этот пакетик наши держат для большого начальства. Чистая арабика, — пояснил полковник.
— А сделайте и мне. Хочу оказаться большим начальником! — подал голос Гольдштейн.
Вскоре на столе стояли три чашки с ароматным напитком, а пакетик отправился в мусорную корзину.
— Голосовать не будем, — подвел итог разговору генерал. — Предложение уважаемого Марка Соломоновича принимается. Ваши соображения — по научной части и по безопасности жду послезавтра утром на столе. Моем столе, а не вашем…
Подчеркнув, что официальная часть разговора закончена, Кручинин выставил на стол пузатую бутылочку «Двина» и тройку коньячных бокалов. С Рождеством!
Часть шестая. Война войне
Часть шестая. Война войне
Эта война положит конец войнам. И следующая — тоже.
Глава первая. Первые разборки
Глава первая. Первые разборки
И охота же ей лезть не в свое дело! Удивительно, как возбуждает женщин один лишь запах скандала.
Увы, мой первый, фактически, рабочий день в роли императора (избранного, но еще не венчанного на царство) начался с визита одной скандальной дамы. Крик во дворце стоял с самого утра, так что пришлось все-таки эту неугомонную особу принять. А что уж тут делать? До визита нужных мне лиц время было, не вызывать же караул, али полицию, дабы вывести скандал на еще больший уровень! Ну уж нет! Будем давить паровозы, пока они чайники! Коронацию решили провести 16 сентября сего года в день Архистратига Михаила Архангела в Москве. Вроде бы несколько поспешно, но тут был найден единственно возможный компромисс между стремительностью и необходимым для подготовки действа временем. Ладно, к нашим… овечкам…
Я рассматриваю женщину, которая пока и слова не сказала, но вся из себя изображает разгневанную Диану, того гляди, начнет стрелы метать… Не, в оленя ты меня не превратишь, дудки! Не на того нарвалась! И что тут сказать? Не понимаю я «братца», никак не понимаю. Назвать ее красавицей, вот уж нет, как на меня, лицо ее, с неправильными чертами, полноватое, да и тело, отнюдь не балетное, впрочем, танцовщицы конца этого века и двадцатого-начала двадцать первого это очень большая разница. По весу, конечно же. Сия дамочка, Екатерина Гавриловна Числова давно на сцене не порхала. С тех пор как упорхнула в великокняжескую постель. Невысокая, полноватая, впрочем, выправка танцовщицы чувствуется, а вот личико, как на мой вкус, кошмарненькое… Да-с, Коленька, ну нельзя же быть настолько непритязательным. Круглое аки луна, маленькие, глубоко посаженные глазки, злые, ну так это понятно, что злится, почти была императрица… впрочем, говорят, характерец у нее тот еще! Носик… Уф… в общем, одета как барыня, а по внешности — кухарка, самая типичная. Я не ханжа и не аристократ, я историк, но плебейская внешность тут просто… Ладно, хватит… Чем она взяла Николашу? Так ясно чем! Время такое… пуританское. Сексуально раскованная дама полусвета это уже готовая медовая ловушка, а если это еще и светская дама — так это ж «роковая женщина», как это по-татарски, «кирдык манда»? Ага, точно кирдык. Вспомните, что будет вытворять Маша О'Рурк, она же Мария Тарновская, ныне трехлетняя полтавчанка? Будет разбивать сердца, доводить любовников до самоубийства, чем она их притянет к себе? Да все той же сексуальной раскрепощенностью. А тут балеринка прибрала к рукам великого князя. Не повезло Николаю Николаевичу в браке. Не обладая ничем выдающимся, кроме внешности, великий князь был женат на Александре Фредерике Вильгельмине, дочери Петра, герцога Ольденбургского. Слабое здоровье супруги, которая подарила мужу двух сыновей, на чем их интимная жизнь подошла к грустному концу, вот и наш вечно озабоченный князь стал еще с большей настойчивостью искать успеха у дам самого разного пошива[1]. А тут балет! Тем более, что танцевальные труппы выполняли в то время функции борделя для избранной публики.