Я и не думал возражать, лишние уши мне были ни к чему. По скрипучим половицам подошел к столу и уселся на стул, но не прямо напротив Свекла, а чуть боком, развернув корпус к двери.

- Господин Головин, нет нужды скрывать лицо, - главарь осклабился, показав почерневшие остатки зубов, - кто вы такой мне известно, думаю, и вы меня знаете, раз осмелились сюда прийти …

- Свекл, мне известно твое имя. Но опровергать твои слова относительно моей личности, или же их подтверждать я не собираюсь, поэтому останусь в своей экипировке.

- Ваше право, господин хороший, ваше право … С чем пожаловали?

- Здесь, - я обвел глазами дырявую лачугу, - можно говорить, не таясь, о чем угодно? Вы в этом уверены, господин Свекл?

- Не беспокойтесь господин Голов …

- Стоп! Называйте меня впредь Юстасом, незачем здесь светить именами добропорядочных подданных его величества.

Свекл то ли засмеялся, то ли закашлялся:

- Хорошо, господин Юстас, как скажете … Так, что же вас ко мне привело?

- Нужна ваша помощь, точнее говоря, речь идет о взаимовыгодном, и я надеюсь длительном сотрудничестве.

- Хм … продолжайте …

***

На следующий день вечером заявился к Рылееву. Всё как всегда. Недавно приехавший директор Московской Управы Северного общества Пущин «рекламировал» написанный им «Православный Катехизис», который, по мысли автора, должен послужить неким катализатором, для возмущения войск и простого народа.

- Отчего несчастен русский народ? - вопрошал благодарную публику Пущин и тут же сам отвечал. - А от того, что похитили у него свободу! Раскаяться надо русскому народу и православному воинству за то, что столь постыдно долго пребывали они в раболепии, а раскаявшись - всем миром ополчиться против тиранства и бесчестия!

Заметив меня, вошедшего в комнату, Пущин тут же спросил:

- Как вам этот пассаж, Иван Михайлович, что скажете?

- Вчера, мне помнится, мы уже имели честь обсуждать ваш "Катехизис" и с тех пор в моих суждениях ничего не переменилась - весьма своевременная и достойная работа, проделана вами Иван Иванович! - лишний раз польстил Пущину, в своё время поддержавшему мой проект Конституции вместе с большей частью возглавляемой им Московской Управы Северного общества. - Но сегодня я пришел не затем, чтобы ещё раз обсудить вашу работу, а принёс весьма важные, я бы даже сказал долгожданные и судьбоносные для всех нас известия! А потому, прошу всех садиться за стол …

Если верить моему смартфону сегодня, 25 ноября, в Петербурге получили известие из Таганрога о том, что император Александр умирает …

Зашумели выдвигаемые стулья, заинтригованные взгляды всех собравшихся скрестились на мне.