А вообще в идеале менять к чертям всю систему иерархии в армии по образцу моей гвардии. За эти три недели десяток пацанов, что я выкупил на рынке за бросовую цену полностью изменился. Каждый из них не по годам возмужал, раздался в плечах и, кажется, даже чуток подрос. Вот что с человеком делает рациональное питание при грамотных нагрузках. Определяющим фактором стало ещё и их абсолютное желание и энтузиазм. Может, по началу они и не понимали, для чего это их барин кормит от пуза да гоняет по двору словно ужаленных. Но это не мешало им рьяно бросаться на выполнение всех упражнений по одной простой причине — они были рады своей судьбе. Да-да, то чего так боялись почти все мужчины в моём времени и стране пришлось по душе холопам шестнадцатого века. А всё почему? Потому что я в их глазах был невероятно добрым барином и служить такому они, как водится, готовы до гроба. Авось глядишь и вольную даст на старости лет? А если и не даст — сыто жизнь прожить тоже неплохо. Такие как я во все времена были редкостью, скорее даже исключением в дворянском обществе. По-крайней мере в той реальности, в которой жил я.

Так вот, про военную иерархию. Да, были в армии и сотники, и десятники, и даже тысяцкие. Вот только, как я убедился, в сотне было далеко не сто воинов, так же как в десятке редко набиралось положенные десять человек. Логично предположить, что и под властью тысяцкого располагалась далеко не тысяча солдат. Каждый местный сотник в среднем имел по тридцать человек. Хотя таковых, как и положено, имелось десять штук. Если мне не изменяет память, то в полку в это время должно наблюдаться порядка тысячи человек. Что же мы видим? Чуть более трёх сотен «лучших воинов Новгорода», выезжающих, впрочем, на таких же меринах, что и мои бойцы, одетые далеко не стандартизировано и имеющие каждый свою голову и своё мнение. Ну, может, и не каждый, но многие мысленно ставили себя на один уровень с воеводой, а то и выше него. Все они были состоятельными людьми, для которых война была чем-то традиционным. Они воспринимали её как рискованное мероприятие, в ходе которого был шанс несколько приумножить свой капитал за счёт трофеев. Вот только боюсь трофеями в скором времени могут стать лишь те недорогие кольчуги и сабельки, что имели эти чересчур уверенные в себе воины.

Место в авангарде было закреплено за мной и моими «боевыми холопами», как все их здесь называли, в ходе ожесточённой перепалки, в которой я смог склонить чашу весов, в роли которой выступала лояльность Михаила, в свою сторону. С чем связан такой спрос на это место? Так ведь до врага ещё далеко, а значит в первых рядах идёт не пушечное мясо, а напротив, люди серьёзные. Тут всё до банального просто: чем больше впереди тебя идёт людей — тем больше остатков их жизнедеятельности тебе встречается. И пусть лошадок на всю армию было чуть более трёх сотен, что в соотношении к восьми тысячам по местным меркам довольно скудно, навоза они производили предостаточно. Это только кажется, что смешно. А я для интереса проехался с минутку в самом конце, что по-военному называется арьергард. А всего минутку потому, что более не мог одновременно объезжать естественные препятствия на своём пути и бороть собственные позывы от неописуемого амбре ароматов. А вот вчерашним крестьянам хоть бы хны. Ну, люди привыкшие, что тут сказать.