Тогда, вот уже почти двадцать лет назад, Марк впервые «испытал радость полета»: договариваться о поставке такой большой партии машин на Римской вилле с ним не захотели и отправили его — как раз на самолете — в какой-то город с названием «Минск», так как — по словам секретаря виллы — только там делали эти «дровяные моторы». Наверное, договариваться о каком-то, пусть даже самом дорогом и редком товаре, с ремесленниками — это не самое достойное императора дело. Но Марк еще по пути из аэропорта Минска к моторному заводу понял, что сюда он отправился не напрасно: город оказался очень непохожим на всё, что римлянин видел раньше. И прежде всего тем, что по улицам ездило просто невероятное количество повозок, перевозящих грузы и людей, причем ездили они все без лошадей, на что особо обратил его внимание сопровождающий его инженер и старый приятель Донеций Максимин.

Начальник завода сказал, что сделать сотню «рельсовых автобусов» ему не сложно, но для римлян от этого никакой пользы не будет просто потому, что машины нужно еще и обслуживать. Для чего понадобятся хорошо обученные люди — и в качестве таковых он предложил Марку отправить в Минск пару сотен детей в возрасте от восьми до десяти лет:

— Если они будут хорошо стараться, что лет через шесть они смогут сами хотя бы правильно обслуживать эти машины. А без обучения — просто управлять машиной не очень сложно, вас, думаю, управлению получится обучить за неделю. Но после такого обучения машина наверняка сломается через месяц-другой. Мы, конечно, можем отправить к Рим десяток-другой мастеров, чтобы они поддерживали машины в работоспособном состоянии, но это и обойдется вам недешево, и вряд ли мы сможем вам оказывать такую помощь больше одного-двух лет.

Спустя семь лет уже почти две сотни «рельсовых автобусов» перевозили людей и грузы по Европе, а Марку Совет императоров предложил «всерьез заняться развитием Африки и Египта». Все же именно Африка и Египет были «основой продуктовой безопасности» империи, и именно Марк, как император, наладивший тесные (и дружественные) связи с Россией, мог существенно усилить эту «безопасность». Сначала в части зерна, а затем…

Кроме пшеницы, которая давала урожаи больше сорока талантов с югера, богини дали египтянам и невиданные деревья, именуемые «эвкалиптами». Один сорт этих деревьев, именуемое «эвкалипт блестящий», за пять лет вырастал в высоту до десяти пассусов и в толщину до полуфута, а в десять — было высотой до восемнадцати пассусов и в толщину достигало почти двух футов! Причем древесина почти не гнила, но — что было сейчас важнее всего — из неё получался прекрасный уголь. И со всего одной центурии эвкалиптового леса за десять лет можно было получить больше двадцати тысяч талантов прекрасного угля, с помощью которого выплавлялось почти сорок тысячи талантов замечательной стали!