— Тоже рад вас здесь видеть, — доброжелательно улыбнулся я.

— Позвольте представить, это моя жена Мегги, и у нас сейчас медовый месяц! — радостно сообщил он.

— Поздравляю!

Молодая новобрачная смущенно зарделась.

— Как вам Олимпиада? — спросил я, проявляя вежливость.

— Все отлично! Тут так красиво! А какой отель! Вчера наши отлично сыграли — 4:43! Вы были на хоккейном матче? Мы стараемся посещать почти все соревнования! — заговорили они наперебой.

Пообщавшись еще пару минут с соотечественниками, я распрощался с ними и, подхватив под локоть заскучавшую Алессандру, поднялся в ВИП-ложу.

— Фрэнк, ты готов к гонкам? — встретил меня вопросом Джанни.

— Всегда готов! — бодро подтвердил я и встретился глазами с Вайлетт. Та смотрела на меня многообещающе.

Первыми на дистанцию 500 метров бежали англичанин Кроншей и советский спортсмен Гришин. Англичанин изготовился к старту у малой дорожки, наш у большой.

Пистолетный выстрел стартера. Гришин срывается с места, стремительно проходит поворот и сразу оставляет позади англичанина.

На демонстрационном щите появляется результат — 40,2 секунды. Это был новый мировой рекорд, о чем сообщил диктор на стадионе.

Трибуна, где сидели небольшая группа русских, разразилась победными криками, в воздухе замелькали ярко-красные флажки с советской символикой. Остальные зрители тоже отреагировали на победу советского спортсмена, поставившего новый мировой рекорд, бойко хлопали в ладоши, словно только что посмотрели отличное представление.

Засунув два пальца в рот, я залихватски свистнул.

В бок мне прилетел кулачок Алессандры, а в колено я был атакован Вайлетт, которая сидела рядом ниже.

Черт, опять забылся. И что мне теперь все время истуканом сидеть?

Как по заказу болельщики на соседней трибуне начали выкрикивать речевки на итальянском и сопровождать их хлопками в ладоши и свистом.

— Наши люди! — вслух подумал я, с удовольствием рассматривая эмоциональных фанатов Ювентус с намотанными на шею черно-белыми шарфами.

— Раз я вам мешаю, то я с ними соревнования посмотрю, — заявил я двум фуриям.

Решительно поднялся с места и стал спускаться, рассудив, что среди громких и не скрывающих эмоции фанатов я легко смогу затеряться.

— А что отличная идея! — неожиданно меня догнал Джанни. — Вольемся в ряды простого народа Италии!

Пока мы с ним переходили на соседнюю трибуну, пока фанаты радостно приветствовали пополнение в своих рядах, узнав Аньелли, на старт вышла третья пара: японец Такемура на малой дорожке и вновь советский спортсмен — Сергеев. Выстрела еще не прозвучало, а Сергеев уже сорвался с места — фальстарт. Со второй попытки стартовать удалось, но в этот раз вперед вырвался Такемура. Правда, лидировал недолго, уже у входа во второй поворот Сергеев начал обходить японца. И опять победа досталась советскому спортсмену.

На фанатской трибуне мне уже никто не мешал свистеть, и я отвел душу. И я нисколько здесь не выделялся. Итальянцы тоже весьма бурно выражали свои эмоции. И, им было плевать кто сейчас находится на дорожке, они просто любили спорт.

Еще больше всем подняло настроение, когда на трибуну доставили заказ Аньелли — несколько ящиков местного пива. Мороз пить его не мешал.

Объявили следующих соперников:

— Рафаэль Грач, Советский союз и Кеннет Генри, США!

И вновь фальстарт. Генри, не дождавшись сигнала к старту, срывается с места. Затем такую же ошибку повторяет Грач. Судья подходит к ним и что-то объясняет. Оба спортсмена разъезжаются в разные стороны, видимо, успокаивают нервы.

Судья терпелив. Проходит, наверно, минут десять, прежде чем он объявляет третью попытку. На этот раз старт прошел удачно, да и финал мне понравился. Грач оставил американца далеко позади и стал вторым в турнирной таблицу.

До конца соревнований наших никто с первых двух мест так и не подвинул. Первым на демонстрационном щите стоял Евгений Гришин, вторым Рафаэль Грач, а третьим норвежец Альф Естванг, отодвинув на четвертое Сергеева.

Посмотрев церемонию награждения и выпив все пиво, мы стали прощаться с фанатами Ювентуса, что оказалось довольно сложно. Аньелли, а заодно и меня ни в какую не хотели отпускать, хором требовали продолжения банкета и тащили в какой-то местный бар.

Но тут нам на помощь пришла Вайлетт. Взмахнула своими пушистыми ресницами, сверкнула белоснежной улыбкой, что-то проговорила ангельским голосом по-итальянски и суровые мужики размякли и забыли про бар.

— Ну так как на счет завтра, все в силе? — спросил меня Джанни, когда мы подошли к аэросаням.

— Конечно, — подтвердил я участие в гонках.

— Ну и отлично, завтра тогда встретимся уже в Милане. Девять утра тебя устроит?

— Я на вертолете туда полечу, так что вполне могу и тебя подбросить, — предложил я свои услуги перевозчика.

— Чтобы Аньелли летел на вертолёте в цветах Альфа Ромео? — рассмеялся Джанни.

— Ну как знаешь. Где мы там встречаемся?

— Как где? На аэродроме, конечно. Мы с Вайлетт тоже летим на вертолете.

Вот ведь человек. Озаботился каждым нюансом предстоящих соревнований. Ни в чем не хочет мне уступать.

— Жаль, что ни я, ни ты не пилоты. Можно было бы и в небе посоревноваться.

— Получить лицензию не так сложно, во всяком случае у нас, в Италии. Так что в следующий раз можно и устроить что-то подобное, — судя по блеску в глазах загорелся идеей Аньелли.

— Тебе одной ноги мало?! — ткнула его в грудь кулачком Вайлетт, выглядевшая рассерженной. — Решил себе все кости переломать?

— Тогда уж пусть это будут самолеты. Они быстрее и изящней чем эти стрекозы, — продолжил я тему и был награжден злобным взглядом от девушки.

Джанни смеясь, пытался закрыться руками от Вайлетт. Но все же она добилась своего — договора между мною и Джанни о соревнованиях в небе не случилось.

Сославшись на необходимый мне отдых перед гонками, я попрощался с Алессандрой возле ее отеля и поехал к себе. Нужно было готовить послание журналистам, а затем под покровом ночи вновь штурмовать отель, но уже “Савой”. Благо там с каждого балкона свисали флаги стран, откуда прибыли борзописцы. Заявлюсь туда чуть пораньше, пока у всех в номерах горит свет, и определюсь.

В восемь утра мы с Алессандрой были уже на борту арендованного “Bell 47” и, взлетев, взяли курс на Милан.

Вертолёт Аньелли оказался, его “Sikorsky S 51” выглядел на фоне нашего красавца просто нелепо.

— Неплохая машина, — ответил наш пилот на мой вопрос, — первый коммерческий вертолёт в мире. Я на таком учился летать десять лет назад. Сейчас их уже не выпускают.

— Марко, а какой вертолёт быстрей? Наш или это черно-белое недоразумение?

— Конечно модификация “Bell 47” быстрее. Почти на 30 километров.

Мы взлетели чуть позже и сейчас вертолёт в черно-белых цветах Ювентуса был впереди нас. Не на много, примерно на километр.

— Если мы будем в Милане первыми, то с меня премия. За каждую минут плачу десять долларов.

— Хорошо, мистер Уилсон, сделаю. Я же Il Roso, фанат Торино, — пояснил он мне, — для меня дело чести быть лучше чем бьянконери.

— Ох уж этот соккер и его фанаты, — хмыкнул я специально используя американское название футбола. Надо же поддерживать реноме американца.

В итоге после того как мы приземлились и дождались Аньелли мой кошелек похудел на внушительные сто долларов. Мы прилетели в Милан на десять минут раньше чем Аньелли.

Марко довольный этой нечаянной премией, прочертил мне на карте оптимальный маршрут до Кортино и улетел обратно. Мы с Ромео арендовали его и вертолет до конца олимпийских игр.

— Фрэнк, ты это сделал, чтобы порадовать эту дурочку Ромео или чтобы позлить меня? — обвинила меня Вайлетт, когда вышла из своего вертолета.

Алессандра в это время с кем-то разговаривала по телефону в здании диспетчерской аэродрома и не слышала комплимент о себе.

— Детка, ты как всегда видишь во мне только плохое, — печально вздохнул я.

— Ладно, ладно, заканчивайте эту свою возню, — встрял в нашу пикировку Джанни. — Сейчас мы вчетвером на такси едем на Виа Палманова. Мой друг Франческо держит там салон люксовых спортивных автомобилей.

— Подожди, — притормозил я его. — Мы разве не с заводов берем тачки?

— Фрэнк, мне нужна гарантия, что машины будут серийные, а если они будут с завода, кто поручится, что начинку не поменяли? А у Франческо отличный выбор, твои Джульетты там тоже есть, не знаю только зачем ему продавать эту бедность, — я предпочёл не заметить его шпильку в адрес моего детища. Ну да, новая Джульетта Спринт существенно дешевле, чем практически все спортивные машины в Италии, но на это и был расчёт! — Берем две машины и стартуем в Кортино. До финиша примерно 400 километров, как раз хватит чтобы победа одного из нас не была случайной. Карта у тебя есть?

Я подал Джанни карту с отмеченным маршрутом. Тот хмыкнул и сказал:

— А ты хорошо подготовился, — одобрительно осклабился Аньелли. — Даже ничего править не надо. Оптимальный маршрут. Ладно, с этим закончили, поехали за машинами.

Салон на Виа Палманова встретил нас новенькими Феррари, Ланча, Порше, Астон Мартин и Мерседес. Здесь были представлены лучшие спортивные машины со всей Европы, а также Фиат V8 и новая Джульетта Спринт, выглядевшая бедной сироткой среди всей красоты.

Алессандра ушла вслед за Джанни, а я стал бродить по рядам автомобилей с Вайлетт.