Кирилл решился подойти вплотную к реке. Волны, удивительное дело для степного края, с шумом морского прибоя бились о насыпь железной дороги. Прежде, чем начать беспокоиться о проблеме, он долго любовался природным явлением, с удовольствием вдыхая влажный воздух. Вдоль кромки берега он увидел тянущуюся к солнцу сочную зелень. Кирилл не удержался, разулся и подошел к ней, ласково трогая руками нежные листья. Трава, нагревшись на солнце, источала легкий тонкий аромат горечи, запах торжества жизни.

Кирилл решил воспользоваться внезапной остановкой у воды, чтобы помыться и постирать одежду. Вода была прохладной, но он не обращал на это никакого внимания. Кирилл отмывался песком, натирая им тело, как мочалкой. Кожа быстро начала гореть, как после бани или хорошего массажа. Выпущенные на свободу котята испуганно наблюдали за ним, беспокойно пища с берега, будто ругали его за то, что он забрался в воду. Кирилл не выбрался, пока не почувствовал себя чистым.

Затем он долго стирал одежду, отбивая с нее въевшуюся глину. Когда со всеми процедурами было покончено, задумался над тем, как перебраться на другой берег. Из всех идей на ум приходило только соорудить плот из бревен. Благо, он видел несколько поваленных стволов деревьев, торчавших из воды неподалеку. Если бы не ящик за спиной, то ему хватило бы и одного бревна, чтобы переплыть реку, но тут надо было что-то конструировать.

Спустя час, он решил попробовать вытянуть ствол дерева из воды и понял, как слишком оптимистично был настроен. Ствол весил не меньше тонны и вдобавок один конец затянут тиной. Другой ствол, поменьше, сплелся под водой ветками с соседним и тоже не поддавался усилиям. Вытянуть удалось какую-то наполовину обгоревшую корягу, проку от которой не было никакого, она даже не держалась на воде.

— Ребятки, цель нашего путешествия превращается в ускользающую фату Моргану, — с досадой в голосе обратился Кирилл к своим несмышленым спутникам. — Река для нас становится непреодолимым препятствием, как Стикс для живых.

Никакой рабочей идеи не возникло в голове Кирилла насчет того, как пересечь реку. Вымокшие в воде деревья к тому же обладали нулевой плавучестью, в чем он убедился, когда смог сдвинуть с места один из стволов. Тот медленно и печально лег на дно. Обойти реку было нельзя, только форсировать. Тяжкая дума заставила Кирилла остаться на берегу и заняться обустройством ночлега. Сдаваться он не собирался так быстро, уповая на удачу, не раз приходившую ему на помощь в нужный момент.

В ночь, под шум прибоя, Кирилл лежал с мыслями, полными сомнений и надежд. Припасы еды заканчивались. Их оставалось дня на три от силы и то, если строго ограничивать себя. Кирилл за время путешествия сбросил несколько килограмм, несмотря на то, что и до этого не носил на себе лишних. Теперь ему было больно лежать на гравии полотна на тонкой подстилке. Камни впивались в тело.