-Согласен. – Я присмотрелся к экипировке неизвестной группы. А мы не то, чтобы эксклюзивные. Занятное место Ферма, где бродят ребята с автоматическим оружием и пересобранной броней. Лидер непоняток покосился на мое любопытство, бегло оценил Марту и отвернулся. И ведь сука не наиграно… Ему похер на нас. Или же актер от природных щедрот. Мне бы перекинуться с ним парой слов… Успею, отмечу и запомню.

Чуть дальше прошел патруль. Четверка уверенных мужчин, при виде которых стихал накал окрестных страстей. Ну просто образцовое место… Обжитая клоака, где поддерживается порядок. И это зафиксирую. С лагерями, которые уже разменял, работать было проще – нахлынул, накинул и поднасрал, попутно вывезя ценное.

-Странное место, - вернулся Замес. Крыса, отдувавшаяся рядом, скупо кивнула. А у самой глаза на выкате. Дивилась туземка дарам заморским да порядку невиданному. Наху…

-Это весь доклад? – уточнил. Мелкая вздрогнула под моим взглядом и вроде оклемалась.

-Надо сменить стойбище, - рубанула она рукой.– Место отстой. Во всех смыслах.

-С виду мы никому не интересны, - добавил Замес. – Смотрят, кивают. Но у соседей вид потасканный, вроде халявщиков.

-Так они и есть. Ребята на подсосе… - Крыса сплюнула. – Говорю же, плохое место.

-Уже лучше, - Я присмотрелся к старичку, что присел на кучку фанеры метров в десяти и усилено делал вид, что мы ему не интересны, а сидит он просто из спортивного интереса. Любуется видами. Образ не самый благообразный – чисто бомж на полную ставку. Бойцы правы, надо уходить.

Шум и крики, лязг и смех, треск, стук, скрип… Лагерные звуки повисли пеленой в противовес скупой акустике зоны. Легко потеряться, трудно найтись. Я помотал головой, опять же отвык…

-Старый! Подойди, - окликнул дедка.

Амбре прибыло первым. Мы и сами не благоухаем, но удар по обонянию прочувствовали. Местный радостно осклабился:

-Новенькие? Не видал вас… А я гляжу, при барахлишке…

-Осади, - сказал я холодно. Мужик присмотрелся и невольно подобрался. Сквозь грязь проступила бледность. А чутье у туземца есть, не отнять. -Это и тебя касается, мелкая.

Девушка выпустила рукоять Малюты и отступила. Демонстративно отошла к Шесту и Фрау, копошившимся у тюков. А я порадовался, что тощий не расслышал слова про барахлишко. Мы положительные и образ наш собирательно светлый. Пусть так и доложат… Вот только у меня закралась мысль, что для тех, кто за стеной, мы лишь очередные выкормыши зоны. Если так, то хорошо, больше маневра. Но тумана накину, во избежание жопобольных сюрпризов.

-Как зовут? – спросил я спокойно.