— Да, меня это тоже остановило, — признался Ахмет. — Вот как странно. Эта семья и объединяет, и разъединяет.

— Может быть просто ещё не время, — скромно потупив глазки сказала Зарема.

— Я буду ждать, — сказал Ахмет и тут же получил подушкой прямо в лоб.

Это малышка, построив пирамиду, принялась её разрушать, изо всех сил пиная руками и ногами.

— Нам пора, — сказала Зарема, и в её словах проскользнула нотка сожаления.

— Я провожу, — ответил Ахмет и, увидев, мимолётный взгляд, который Зарема бросила на фрукты, добавил. — Ты только подожди секундочку.

Зарема привела растрепавшуюся Жеку в порядок, взяла за руку и вышла из беседки. Она увидела, как Ахмет, переходя от дерева к дереву собирает фрукты в большую корзину. Он обернулся, улыбнулся и сорвал очередной сочный персик.

«Какой он заботливый» — подумала Зарема и улыбнулась ему в ответ.

Маленькая Жека быстро вернулась в беседку, взяла одну из маленьких подушечек и решительно заявила: «Моя!»

Ахмет, который подошел с корзиной в руках подтвердил: «Твоя, твоя!» и взял малышку на руки.

До дома они добирались долго. Малышка по пути уснула, и они решили остановиться в парке на аллейке, чтобы ещё немного побыть вместе. Зарема достала плед и укрыла Жеку, а Ахмет поставил корзину с фруктами между ними:

— Предлагаю покушать эти удивительные фрукты. Они выращены в чистом месте, можно есть немытыми.

— Но, на всякий случай, я помою, — улыбнулась Зарема и вытащила бутылочку с питьевой водой.

Она заметила странный блеск, промелькнувший в глазах Ахмета и быстро уточнила:

— Руки помою. В отличие от фруктов, я не могу гарантировать чистоту своих рук, — и покраснела, поняв, как двусмысленно это может быть оценено.

Ахмет взял из её рук бутылочку и полил ей на руки.

— А теперь ты мне полей, — сказал он, сделав руки ковшиком. — Зарема заметила у него на правой ладони татуировку в виде перечеркнутого круга, но не решилась спросить, что это означает.

Потом они ели фрукты и разговаривали на разные темы, пока Жека не проснулась. Ахмет проводил девочек домой, помог донести корзину и коляску до двери и попрощался. Зарема была благодарна такой тактичности, ведь дома никого не было.

Вечером, когда семья собралась за столом, все удивились, увидев такие замечательные фрукты.