— Ну пошли твой кофе пить.

И снова без приглашения вошла в квартиру. Пока Сергей размышлял, она быстренько нашла всё что надо, поставила чайник на плиту с замечанием «Надо электрический купить — быстрее закипает», распахнула холодильник, бегло осмотрела нехитрый холостяцкий набор, вытащила сыр, колбасу, сгущёнку.

— Хлеба нет?

— Нет.

— Ну ладно, будем блокадные бутерброды есть.

Сергей сразу вспомнил старый анекдот «В блокаду хлеба не было, поэтому масло прямо на колбасу намазывали». Но откуда об этом знала эта пигалица?

Кофе в доме не нашлось, зато был хороший чай, настоящий, не из пакетиков. Они пили чай, жевали сыр с колбасой, или колбасу с сыром, болтали о каких-то пустяках. Жеке табуретка была несколько высоковата, и она болтала ногами в воздухе, временами задевая ножку стола. Это тихое постукивание было таким уютным, что Сергею показалось, будто она была здесь всегда.

— Ой, а ты на работу не опоздаешь?

— Я на удалёнке.

— А я опоздаю. Мне сегодня к первому уроку.

Сергея как будто водой окатили. Он представил, что бы о нём подумали, увидев ранним утром у него в квартире малолетку. Интересно, а что подумают её родители. Вообще, как порядочный человек он готов и жениться, если заставят, но как-то не хотелось начинать отношения вот с такого недоразумения. А то, что Женька — одно большое недоразумение, ему ещё не раз пришлось убедиться.

* * *

Прошло полгода. Жека периодически появлялась в жизни Сергея, и всё время с мячом. Этот круглый, слегка облезший волейбольный мяч, казался неотделимой частью самой Женьки. За это время они часто разговаривали, и Сергей поражался неординарной эрудиции этой девчонки. Казалось, она знала всё, но это «всё» подавалось через призму собственного видения предмета. С лёгкой снисходительной улыбкой, или смешно наморщив лоб, что являлось высшей степенью сосредоточенности, Женька была способна рассуждать о таких вещах, которые Сергея, человека с двумя высшими, порой ставили в тупик.

— О чем ты пишешь?

— Эссе о нематериальной сущности вещества.

— А это кому-то интересно?

Сергей задумался. Действительно, а кому интересно всё это материальное-нематериальное, когда сущность такова, что…

— Эй, лови мяч!

И снова удар обрывает его размышления. Интересно, как она проделывает этот финт, что мяч, попав в затылок, оказывается у него в руках? В этот раз Сергей не спешит избавиться от мяча, а пытается осмыслить происходящее: медленно взвешивает на ладонях, ощупывает пальцами, пробует упругость, поглаживает шероховатость, стряхивает прилипшие соринки, пробует крепость шнуровки…