Алексей Николаевич, не открывая глаз, пробубнил:

— Какого черта, Яшка… Час, как от него…

Веки его приоткрылись до щелок.

— От Воробанова?

— От него самого, Вашсокбродь!

Ротмистр нехотя откинул одеяло.

— Что ж сразу не разбудил, чурбан!

— Так полчаса бужу! — буркнул Яков. — Не добудиться! Хотя и понятно — двое суток не спамши… И легли-то часа два назад.

— Дьявол! Не иначе, случилось что… Время сколько?

— Кажись, седьмой пошел.

— Ты вот чего — готовь умыться!

— Так все и готово уже… Водицу вскипятил, побриться готово, и перекус на столе…

— Ладно… Встаю.

Листок, сидя на койке, стянул с табурета брюки-суженки, продел в штанины ноги, натянул сапоги и, наконец, поднялся; не надевая гимнастерки, прошел к умывальнику.

Ротмистр всё ещё не мог привыкнуть к новой казенной квартире. И немудрено — чаще ночевал в кабинете. Да и прошло-то всего два месяца, как прибыл в Сарыкамыш — в небольшое селение Карской области, что в двадцати пяти верстах от русско-турецкой границы. Сразу после Высочайшего манифеста[1] в Воронежское губернское жандармское управление, в котором Алексей Николаевич проходил службу со времени окончания жандармских курсов, пришла чрезвычайная депеша Главного штаба ОКЖ[2] — надлежало немедленно откомандировать одного из помощников в распоряжение генерал-квартирмейстера Кавказской отдельной армии. И поскольку командирование предусматривалось в качестве начальника контрразведывательного отделения возглавляемого им управления, выбор пал на него, ротмистра Листка, поскольку по служебным обязанностям он ведал и делами по шпионажу. Однако по приезде в Тифлис, где располагался штаб Кавказской армии, Листок был несказанно огорошен: Главнокомандующим, графом Воронцовым-Дашковым, на предназначавшуюся ему должность выдвигался совершенно иной офицер — некий штабс-капитан Авилов. Ему же, жандармскому ротмистру Листку, якобы изначально предписывалось генерал-квартирмейстером армии отправляться в Сарыкамыш и организовать там работу только что сформированного в гарнизоне контрразведывательного пункта. Так что делать было нечего — пришлось подчиниться, ибо волею судеб он уже состоял при армии…

Контрразведывательный пункт в Сарыкамыше был первым опытом создания в войсках филиала армейского КРО, и, безусловно, оправданным. В условиях приближающейся войны с Османской империей — союзницей Германии — Сарыкамыш, как крайний железнодорожный узел и прифронтовая база продовольствия и боеприпасов Кавказской армии, становился наиболее вероятным объектом вражеской агентуры и всевозможных диверсий. Однако и начинать дело становления контрразведывательного пункта приходилось с чистого листа. Его начальнику, ротмистру Листку, предстояло прежде набрать команду и с нуля организовать ее работу. И хотя по утвержденному штату людей предполагалось иметь всего ничего — кроме начальника, только помощник да делопроизводитель, — однако и тех еще надо было поискать, ибо на Кавказе, да еще в армейской среде он никого не знал.