–Вот и беги, Семен.

–Но время ли ныне? Может обождать? Царь то еще на троне!

–Чего ждать? Потом поздно будет! И я сие сделаю. Но греха такого на душу не возьму. Девку пытать не стану.

–А про ворога своего в стане самозванца не забыл? – спросил Клешнин дьяка.

–Не забыл. Я кое-чего придумал! Только бы ты мне не мешал.

–А я не стану мешать. Я к дому поеду.

–И верно, Семен. Езжай к дому.

–Прощевай, дьяк.

–Прощай, Семен! Храни тя Господь!

***

Дьяк Патрикеев после ухода Клешнина взял факел и приказал одному из подручных палача сопроводить его в каземат к девице Елене.

Рослый детина провел дьяка вниз по ступеням и отворил обитые железными листами двери.

– Здесь жди! – велел дьяк.

– Как прикажешь!

Патрикеев вошел к Елене.

В каземате было темно и сыро. Елена не спала. Она сидела на кровати и куталась в меховое одеяло, выданное по приказу дьяка.

Патрикеев вошел. Укрепил факел на стене и сел на табурет.

–Что? – спросила она.

–Беда, красавица.

–Что за беда?