Иван Васильев восторженно пишет о народных критериях разумного потребления, которые основываются на высоконравственном принципе — «для себя не в ущерб другим». Крестьянские матери из поколения в поколение учили не ломать, не топтать, не портить природу и все сделанное человеком, настойчиво наставляли: не жадничай, бери сколько съешь, другие после тебя придут, оставь им. Всегда в деревне считалось, напоминает писатель, непорядочным обобрать лес, вычерпать рыбу, съесть, захватить, скупить так, чтобы не досталось другим, всякая непомерность осуждалась. Народный принцип разумного потребления никак не вяжется с «культом вещи», с жадным, уродливым стремлением иметь непременно больше других.
Недавно газетный корреспондент спросил Ивана Васильева, какая из проблем Нечерноземья кажется автору самой сложной и большой. Писатель ответил резко, с некоторой даже запальчивостью:
«Равнодушие! Безразличие многих земледельцев к земле, к урожаю, к конечному результату труда. Скажу прямо: мы, публицисты-нечерноземники, недовольны работой ведомств, формирующих материальные интересы сельских тружеников. Плохо и медленно они решают эту проблему. Вместо того чтобы карман всех причастных к сельскому хозяйству напрямую связать с урожаем, колхозника от урожая отвязали. Платят ему за операцию».
«Равнодушие! Безразличие многих земледельцев к земле, к урожаю, к конечному результату труда. Скажу прямо: мы, публицисты-нечерноземники, недовольны работой ведомств, формирующих материальные интересы сельских тружеников. Плохо и медленно они решают эту проблему. Вместо того чтобы карман всех причастных к сельскому хозяйству напрямую связать с урожаем, колхозника от урожая отвязали. Платят ему за операцию».
Этот просчет осужден партией, подвергнут критике. Один из публицистов остроумно заметил, что никому же не приходит в голову оплачивать труд охотника по количеству истраченных патронов и произведенных выстрелов, его доходы принято считать по добытой дичи. Так зачем же платить трактористу не за центнеры полученного зерна, а за распаханные гектары и количество выхлопов машины?!
Иван Васильев не устает в разных своих очерках настаивать, что земледельцу, как, впрочем, и всякому работнику, нужны максимальное уважение и максимальная требовательность, полная свобода действий и жесткая ответственность за их конечный результат. Только это, полагает писатель, даст стране максимум продовольствия, а человеку — ощущение полнокровной жизни, подлинного хозяина на земле.
* * *
Есть у истинной художественной публицистики одно редкостное, самоцветное, поистине пленительное свойство — острое ощущение современной жизни. Александр Твардовский назвал это свойство п о т р я с е н и е м п р а в д о й.