«Писать! Без скидок на экспериментальность… Нельзя же в конце концов безнаказанно вкладывать народные миллионы во… вчерашний день. И пусть в новых комплексах ошибки, неудачи, трудности не повторяются в той же пропорции. Пусть в каждом новом случае заранее будут учтены все углы, о которые мы набили шишек».
«Писать! Без скидок на экспериментальность… Нельзя же в конце концов безнаказанно вкладывать народные миллионы во… вчерашний день. И пусть в новых комплексах ошибки, неудачи, трудности не повторяются в той же пропорции. Пусть в каждом новом случае заранее будут учтены все углы, о которые мы набили шишек».
В публицистике авторы почему-то редко возвращаются к своим героям. Иван Васильев счел нужным снова обратиться к событиям в калининском колхозе имени Ленина и к судьбе Михаила Ефимовича Голубева. В своем очерке «Допуск на инициативу» писатель поделился размышлениями о причинах и уроках неудач полюбившегося ему героя. Это аналитическое, проблемное, художественное исследование выходит за рамки частного случая и показывает многосложность проблем нечерноземного села. Все здесь находится в развитии, в движении, все еще не устоялось, идут поиски новых способов хозяйствования и организации труда. В этих условиях особенно досадны недоделки и просчеты, нетерпимы косность, технический консерватизм, формализм и равнодушие.
Так отчего же у героя «глаза будто пеплом присыпало, не загораются они блеском вдохновения»? «Голубев увял потому, что в той огромной переделке, в сплошной переналадке, которая идет в колхозе, председателю не оставлено место для инициативы…» Все еще ему многое предписывают сверху — из района, из области. Например, председателю не дано право самому выбирать наиболее целесообразный проект комплекса. Руководители колхозов зачастую скованы всякого рода указаниями и директивами.
К сожалению, в практике Нечерноземной зоны этот анахронизм еще встречается. В частности, районы Нечерноземья, имеющие совершенно разные почвы, переходили к интенсификации хозяйства по единой схеме. С полемическим темпераментом публицист обличает устаревшие или устаревающие инструкции и положения, которые порой сильно сдерживают инициативу колхозов.
Ракурсы проблемных очерков Ивана Васильева порой совершенно неожиданны по своей новизне. В очерке «Удельщина», например, обличается старый, давно сложившийся порядок, когда каждый сельский район жил изолированно от своих соседей. Секретарь райкома Долгов поступился собственными интересами и передал стройматериалы в другой район. Он пострадал за это, получил «нагоняй» за отставание в строительстве. Сегодня его не поняли, но автор убежден, что завтра этого широко мыслящего партийного работника поймут и оценят, ибо «удельщине» приходит конец.