— Я вызвал тебя поговорить, — спустя пару минут молчания, заговорил он, но опять сделал небольшую паузу, черкая на пергаменте последние штрихи. — Скоро ты станешь частью семьи, поэтому тебе стоит кое-что узнать. Но для начала ответь на один вопрос. Кто знает секрет твоего происхождения?

Собственно, я перечислил всех, от императора до легата.

— Хорошо, — кивнул он своим мыслям, — это хорошо и плохо: хорошо, что так мало; плохо, что именно эти люди. Так, должно быть ты знаешь, какие отношения у нашего рода с императорским, — я кивнул. — К слову, хочу рассказать тебе, с чего все началось. Все полагают, что наши, назовем так, разногласия начались около сотни лет назад. Но нет — все началось еще со времен Трануила. Историю его становления ты знаешь — должен уже знать, — я кивнул еще раз, — но, не думаешь же, ты, что он сделал все в одиночку. Дендрийцев вынесем за скобки — уж очень странные это существа. Так вот, у императора само собой были соратники, и один из самых ближайших был наш далекий предок. Он верой и правдой служил ему, и когда пришло время награждать — император даровал ему эти земли, но в то время здесь была безжизненная пустошь, поэтому это было больше похоже на ссылку, чем на признание перед отечеством. Почему так, уже доподлинно не известно, но, скорее всего, как это всегда бывает, император боялся конкуренции во влиянии. Столетиями с того момента наш род прозябал на задворках империи, пока сто лет назад — ну, это ты тоже должен знать. В общем и целом, сейчас благодаря Офелии стоит хрупкий мир, но это не гарантия. А все из-за этого меча, — он будто бы выплюнул эти слова. — Дело в том, что раньше все опасались императорских легионов. Теперь же, император и сам по себе стал очень сильной единицей. Само собой, он и раньше не считался не то, чтобы слабым, но сейчас…теперь же, он может, и, скорее всего, будет диктовать свои условия, которые нам, в свою очередь, не понравятся, — он остановился, но не закончил.

— И? — чувство, что рассказывает он это не просто так, не покидало меня.

— И тут мы делаем плавный переход к тебе, — завершил он.

— Что-то такое я и предполагал, — вздохнул я.

— Только не надо делать этот осуждающий взгляд, — закатил он глаза, — не хватало мне еще, чтобы какой-то юнец осуждал меня и мои действия. Ты знал, на что шел. Тем более ты нуждался в нас — в нашей защите. Не с твоими возможностями иметь таких врагов.

— Хах, а мне уже говорили такое, — я ехидно заметил.

— Я очень рад, что в этом мире есть такие же разумные люди, как я, — парировал он.