Боровиков наклоняется ближе, пытается поцеловать снова, но я упираюсь ему руками в грудную клетку и одними губами без голоса говорю «не надо», смотря ему куда-то в шею, внутри легких пожар.

Ничего не выходит.

Я ничего не чувствую. Мне противно от себя самой!

— Алён…, - Боровиков запинается, — если бы я бросил дурь, у нас бы получилось? — отвожу взгляд в сторону, он отходит на шаг и я делаю глубокий вдох, — можешь не отвечать, сейчас я в этом просто уверен, — пауза, и он снова обещает, — я справлюсь со своей слабостью, уже сказал батьку что лягу на реабилитацию, выведу всю хрень, приеду как новенький, у нас получится, принцесса вот увидишь, эти огненные отношения ты не забудешь никогда, — светло — серая радужка его глаз улыбается, — я докажу тебе что я нормальный, мне можно доверять, я стану твоим первым парнем, меня не надо стесняться

— Борь ты ошибаешься насчет меня, — чувствую тяжесть в ногах, хочу продолжить, но Боровиков перебивает:

— Не-е-е-т, Алена, ты очень отличаешься от тех с кем я знаком, в тебе есть стержень, ты всегда говоришь правду, не оглядываясь на обстоятельства, ты человечна и в тебе есть сердце, я тебе не интересен как большой толстый кошелек, ты первая кто меня отшила и ты первая кто меня по настоящему цепляет, — его голос сиплый, взгляд, отражающий все непристойные мысли Бориса, устремлен на мои губы.

Неотрывно смотрим друг на друга, наблюдаю за мимикой его лице…

— Борь а я не могу забыть одного мудака, наш поцелуй был для того чтобы понять насколько все запущено, — моя попытка отрезвить разум не удалась, он ловко перехватывает мои пальцы, переплетая их со своими, резко дергает на себя

— Хочу поцеловать тебя снова, — почти шепотом мне в губы.

— Борь, у нас «френд» зона, помнишь? — игнорирую его посыл, морщусь, ловко уводя лицо в сторону, — когда ты проявляешь неуважение это раздражает, — радует что сейчас Боровиков не «вшоренный». Он довольно адекватно реагирует на слова, делает шаг назад, отступает, выпускает мои ладони

— Извини…

— Прежде так не делал, теперь и начинать не стоит, — он поворачивается, наклоняясь берет ботинок вначале один потом второй, а я ловлю себя на мысли что смотрю на его канаты вен на руках…которые он сжимает в кулаки и бьет по стене. Перед выходом сообщая:

— Алён, после моей реабилитации поговорим, — он закрывая дверь за собой, а я сползая вдоль стены думаю о том, что могла совершить самую главную ошибку.

Спасибо тебе Алан Мимирханов за те уроки что ты мне преподал. Я вдруг поняла что забыться в поцелуе с кем бы то ни было это утопия, которая утащит меня в конечном итоге на дно.