Как только занялась одежда, снова поднялся столб густого дыма и скрыл всю почерневшую фигуру рыбака. Иногда только легкое дуновение отгоняло пламя и дым, обнажая страшную, обгоревшую руку, как бы занесенную для удара…

5

Вдруг в воздухе пронесся металлический гул, потом послышался грозный рев авиационных моторов. В ту же минуту в крепости и в городе заревели десятки орудий.

Рев моторов все нарастал. Люди выскакивали из домов, унося детей, чемоданы, узлы, и, опасливо взирая на небо, бежали, чтобы укрыться в подвалах, туннелях и древних катакомбах.

Заключенные бросились к двум маленьким окошкам и застыли.

Двор быстро опустел.

Только огненные искры костра взлетали к небу, туда, где все нарастал и ширился грозный рев моторов.

Очерченная мрачными молами, бухта блестела своей гладкой поверхностью.

В небе роилось много белых облачков. Они медленно разбухали и, клубясь, уплывали ввысь. На поверхности воды, похожие на белые башни, вставали высокие водяные столбы.

Одна бомба упала недалеко от двора контрразведки. Она с такой силой потрясла все здание, что посыпались оконные стекла.

До заключенных вдруг донесся громкий топот, и тут же послышался лязг дверных засовов. В подвал ввалились суматошной толпой англичане и белые офицеры.

— Это они убивать нас! — громко сказал Назаров. — Значит, что-то происходит в городе. Товарищи, это наступает Красная Армия!

Снова раздался оглушающий грохот, а за ним еще и еще.

Волна воздуха отшвырнула заключенных и распахнула дверь. Англичане и белогвардейцы кинулись прочь.

Когда рев самолетов удалился и стрельба орудий затихла, во двор контрразведки вошла какая-то небольшая, хорошо вооруженная английская часть. За нею въехало несколько подвод. Не прошло и пяти минут, как все заключенные были погружены на подводы.

Выехав за город, подводы на разъезде повернули и направились в сторону каменоломен, к Брянскому заводу. Подъехав к Царскому кургану, они остановились.

Высокий и стройный англичанин-офицер, чисто выговаривая по-русски, закричал:

— Живо! Высаживайте всех!