— Вы натолкнули меня на мысль, дорогой метр.

— А именно? — насторожился Энгельс.

— Недавно, помнится, мы говорили о Петре Первом как великом реформаторе, государственном деятеле, провидце. Но именно при нем, в его царствование, по сути, началось закрепощение крестьян. Россия открыла себе путь в Европу. А что она могла повезти этим путем? Хлеб прежде всего. А чтобы иметь его излишки, необходимо было заставить мужика работать до седьмого пота. Крестьянин становился рабом земли.

— И как же, мистер Степняк, расцениваете вы это явление? — прервал его Энгельс. — Как позитивное или наоборот?

— Разумеется, негативное.

— Ну, здесь я с вами не согласен, дорогой друг. Государство не может успешно развивать свою экономику только в рамках собственных границ. Для этого необходимы связи, самые широкие торговые связи. Вы правы, Россия в то время ничего другого, кроме хлеба, предложить не могла...

— Да и хлеба-то ей самой не всегда хватало, — заметил Степняк. — Россия периодически страдала от голода.

— И все же Петр не мог остановиться на полпути. Здесь я полностью на его стороне.

Степняк в запальчивости встал, хотел возразить, но в это мгновение раскрылась дверь и на пороге появилась Ленхен.

— Господа, вы сегодня оба слишком горячитесь, — сказала спокойно. — Не пора ли ужинать, Фред?

— Возможно, возможно! — замахал руками Энгельс. — Мы сейчас.

Однако Ленхен не уходила. Энгельс повозился возле стола, переложил с места на место какие-то бумаги.

— Вот так всегда, — взглянул он на гостя. — Начнешь какой-либо интересный разговор, как тебя прерывают. Ужин... Чай... Кофе... Пойдем, дружище, — проговорил решительно. — Здесь я бессилен.

Ленхен охотно открыла дверь в столовую.

А дней через десять после этой встречи, 29 октября, Энгельс послал Степняку открытку. Она была краткая, немногословная, однако содержание ее радовало. Фридрих Карлович извещал, что выборы в Германии прошли блестяще, результаты самые отрадные...

На следующий день Степняк ответил Энгельсу, также открыткой:

«Большое спасибо за Ваше сообщение. Это — великая победа и счастье для Вашей страны и для нас также. Пруссия является оплотом реакции: сокрушенная (а этого ждать недолго) в Берлине, она не удержится и в Петербурге.

Искренне преданный Вам. С. Степняк».