Я сделала еще одну попытку:

– Потому что если об этом когда-нибудь узнает Майлз, ты потеряешь свою работу?

– Если Майлз когда-нибудь узнает об этом, я потеряю свою лицензию, – сказал Ян. – Но дело не в этом.

– А в чем?

– Это нечестно по отношению к тебе.

Я больше всего хотела снова оказаться в его объятиях.

– Я думаю, что это было честно. Я думаю, что это было очень честно.

Ян провел пятерней по волосам.

– Ты не можешь судить об этом.

– Я не могу что?

Он повернулся и в первый раз посмотрел на меня. Мне показалось, что лампа под потолком горит ужасно ярко.

– Ты не в том состоянии, чтобы судить об этом.

– Ты хочешь сказать, что я не знаю разницы между тем, что честно, а что нечестно?

– Я хочу сказать…

– Потому что мой жених разбил самолет, в котором я даже не хотела лететь, и парализовал меня, а сам не получил ни царапины? Очевидно: это нечестно. Ты приехал сюда, играл «С днем рождения тебя» на гавайской гитаре и подарил мне самый лучший поцелуй в моей жизни? Это я могу расценить только как честно.

– В этом все и дело. Это не был самый лучший поцелуй в твоей жизни.

Я недоверчиво приподняла брови:

– Не был?

– Ты только так думаешь.