– Я уверена, что это одно и то же.

Но он покачал головой:

– Когда человек проходит через такие испытания, через которые прошла ты, когда весь его мир рушится, потребуется много времени, чтобы он начал здраво оценивать ситуацию. Месяцы. Даже годы. Полученная травма делает его уязвимым во многих отношениях, и он даже не осознает этого. Я знаю все об этом. Я изучал все это. Я читал учебники и сдавал экзамены. И то, что произошло, противоречит моему профессиональному кодексу по очень важной причине, Маргарет. Я обязан защитить тебя.

Теперь я уже была Маргарет? Я заметила, что по моему лицу катятся слезы, но мне было не до них. Я лишь небрежно вытерла их рукой.

– Мне на все это наплевать.

– Но мне не наплевать. Ради твоего же блага.

– Но ты… – Я остановилась, с трудом переведя дыхание. Я боялась продолжать, потому что это признание было слишком трудным для меня. Но я должна была сделать эту попытку. Я должна была быть, по крайней мере, честной. И я сделала глубокий вдох и сказала: – Я весь день только и жду встречи с тобой.

Он закрыл глаза, словно это его покоробило. Совсем не тот эффект, на который я рассчитывала.

– Вот именно это я и пытаюсь объяснить тебе, – сказал он.

– Не понимаю.

– Твои чувства ко мне доказывают, что ты в опасности. Я не должен был приезжать сюда. Я знал, что есть риск, что такое может случиться.

Так, значит, он знал, что нравится мне. Я вздохнула.

– Так я совсем тебе не нравлюсь?

Ян снова провел пятерней по волосам. Потом подошел к двери и, повернувшись, посмотрел на меня своими темно-синими глазами.

– Я ненавижу всех, – сказал он. – Кроме тебя. – Он открыл дверь, собираясь уйти, но потом добавил: – И это еще одна причина, из-за которой ты в опасности.

– Ты уходишь? – спросила я.

Было и так ясно, что он уходит из комнаты. Но я имела в виду: «Ты возвращаешься в город?»

– Нет. Конечно, нет. Я останусь ночевать, чтобы присмотреть за тобой.

– За мной не нужно присматривать.

– Хочешь остаться на попечении этих голубков?