Эта порция подвигалась медленнее предыдущих, но, заканчивая её, оба друга чувствовали, что они в состоянии справится и ещё с одной. Они решили довести хозяина до белого каления. Уже после пятой порции тот стал нервно похаживать около буфета и потирать руки, а буфетчица, кокетливо улыбаясь, с явным интересом смотрела на обоих обжор, как она мысленно назвала ребят.

Но Борис и Фёдор, хотя уже, конечно, и наелись досыта, хотели проучить хозяина, и поскольку силы-то были, а ума, может быть, и не очень много, они после шестой порции вновь позвонили.

На этот раз официант явился без пельменей, а, подойдя к столу, склонился и довольно тихо сказал:

— Васа капитана, хосю расситаться?

Фёдор сердито посмотрел на него и возмущённо сказал:

— Как это рассчитаться? А мы ещё со сметаной пельменей не ели! Подайте ещё со сметаной и принесите сразу по две порции, а то таскаете тут по десятку штук, так до вечера не наешься!

Своё приказание он произнёс нарочито громким голосом, и его слова на этот раз уже вызвали громкие смешки почти за всеми столами. Все уже смеялись не над парнями, способными есть в таких количествах, а над хозяином, который не выдержал пытки и убежал из зала.

Официант на этот раз явился сразу с четырьмя тарелками и большим кувшинчиком сметаны.

Когда ребята доедали последние пельмени из восьмой порции, им сделалось уже немного муторно, но всё же они своей чести не уронили, в конце концов управились и с ней. На этот раз Борис тщательно сосчитал количество пельменей, имевшихся в этой проклятой, как он мысленно про себя её назвал, восьмой порции, их оказалось 15. Таким образом, они умудрились съесть, если все порции были одинаковы, по 120 штук!

Однако, справившись с последними пельменями, они тут же поднялись из-за стола и, положив на стол 3 рубля, гордо сказали подбежавшему официанту:

— Сдачи не надо, — и тяжело переваливаясь, вышли из зала.

Оделись, дали по гривеннику швейцару, который поспешил открыть перед ними двери, услужливо улыбаясь. До него, как и до гардеробщика, очевидно, дошли слухи об их «подвиге», и, как всякие подневольные люди, они были рады, что их хозяин получил щелчок.

А наши друзья едва отошли от ресторана на несколько шагов, как весело расхохотались, у них хватило сил ещё и на это.

— Вот хозяин-то взбесился! — сказал Борис

— Да уж, теперь свои хвастливые афиши, наверно, снимет! — вторил ему Фёдор.

Погуляв по городу до 6 часов, они вполне оправились, смогли нормально участвовать в заседании бюро укома РЛКСМ, и их обжорство не оставило дурных последствий.

В течение зимы им ещё несколько раз доводилось бывать во Владивостоке и, каждый раз, посещая «Сан-Суси», они наказывали хозяина, съедая по 7–8 порций пельменей или блинов.