IX

IX

Ключник Серадзкого замка, старый Врзос, с седой, коротко постриженной колючей бородой, который в некотором порядке поддерживал его пустые комнаты, иногда от нечего делать прохаживался по ним, размышляя о прошлых временах, которые там прожил. Это были единственные дни жизни, по которым остались у него воспоминания.

Он смотрел там на двор и своеобразную жизнь Лешека с Грифиной, которую фамильярно называл Русинкой, а не очень её любил; два раза сторожил привезённого сюда епископа, который требовал разных удобств, но их ему не хватало. Из некоторых соображений он вызывал у него уважение как духовный пастырь, как князь и капеллан одновременно, с другой стороны вызывал сильное любопытство и некоторое отвращение оттого, что мог совершить проступки, за которые даже в заключение попал.

Для простого человека, каким был Врзос, этот епископ, похожий на солдата, крикливый, повелительный, совсем не набожный, был неразрешимой загадкой. Он знал о том, что его сюда посадили за какое-то преступление, а потом его пришлось выпустить, платя за пленение. Это не могло уместиться в его голове – ни что совершил епископ, ни, если был виновным, почему не вынесли ему приговор и были вынуждены простить?

Старый Врзос, когда только мог, любил рассказывать о епископе, о Лешеке и Грифине людям гарнизона и временным жителям замка. Этот Взрос был уже старым, раньше был немного солдатом, но когда ему прусс или литвин повредил копьём ногу и он стал прихрамывать, ему милостиво дали приют в Серадзе, откуда был родом. Остался служить в замке, а так как был верным, ему была доверена внутренняя охрана.

Сейчас здесь сторожить было некого и нечего, комнаты стояли пустыми, кое-где в них насыпали зерно, даже внизу в опустевших комнатах складывали сено и солому. В других располагался гарнизон, складывали своё оружие, узелки и запасы для жизни.

Лучшие комнаты, называемые панскими, которые занимала княжна, а позже епископ, были покрыты пылью, в них на какой-нибудь день селились, оказавшиеся там проездом, воевода или каштелян.

По традиции, которая долго потом бытовала в подобных замках, меблировка их была очень простой: столы из топора, у стен лавки, только на некоторых дверях были щеколды, не на всех окнах было некое подобие стекла, никаких украшений, разве что где-нибудь на верху полка для какой-нибудь поклажи, и крючки, дабы что-нибудь повесить.

А так как окна не всегда были прикрыты, во многих комнатах рядом с фрамугами налепили гнезда ласточки и воробьи залетали на привал. Врзос знал, что на чердаках есть совы, но тем он ничего не делал, по страшным взглядам подозревая, что могли бы отомстить ему. Так же гостеприимно каждый год он принимал аиста, который на одной из башен постелил себе огромное гнездо и своим прилётом предсказывал весну.