– И какое же? – спросил Уильям.

– Вы подаёте в отставку с поста председателя совета директоров банка, – ответил Джейк Томас.

– Но это же шантаж!

– Может быть, но, если вы не подадите в отставку до полудня следующего понедельника, Росновский собирается оповестить об этом всех акционеров. Он уже купил места на страницах сорока газет и журналов.

– Этот человек сошёл с ума! – Уильям достал из нагрудного кармана платок и вытер вспотевший лоб.

– Но это ещё не всё. Он требует, чтобы ни один Каин на входил в состав совета директоров в течение следующих десяти лет и чтобы ваша отставка не была оправдана ухудшившимся здоровьем или какими-либо другими причинами.

Джейк Томас протянул Уильяму длинный документ, напечатанный на бланке группы «Барон».

– Сумасшедший! – повторил Уильям, быстро проглядев письмо.

– Тем не менее я назначил на завтра заседание совета, – сказал Джейк Томас. – На десять часов. Думаю, Уильям, там мы и обсудим его требования подробно.

Директора оставили Уильяма в одиночестве, и ни один не зашёл к нему в течение дня. Он пытался связаться с другими членами совета директоров, но почувствовал, что и от них не получит поддержки. Уильям понял, что завтрашнее заседание будет непростым, но поскольку больше ни у кого не было восьми процентов, он начал размышлять, как восстановить утраченный им контроль над советом директоров. Уильям ещё раз просмотрел список акционеров: насколько ему было известно, никто из них не собирался продавать свои акции. Он внутренне рассмеялся: Авелю Росновскому переворот не удастся.

В тот вечер Уильям рано вернулся домой, сказал Кэтрин, чтобы она отменила намеченный визит Ричарда, и ушёл к себе в кабинет, чтобы в последний раз обдумать тактику разгрома Авеля Росновского. Он отправился в постель только в три часа ночи, но к тому времени уже знал, как поступить. Джейка Томаса надо было вывести из состава совета директоров, чтобы Ричард мог занять его место.

На следующее утро Уильям приехал на работу раньше обычного и в своём кабинете просматривал сделанные ранее записи, чувствуя себя уверенным в победе. Он видел, что ничего не пропустил в своём плане. Без пяти десять позвонила секретарша.

– Вас спрашивает мистер Росновский, – сказала она.

– Мистер Росновский? – недоверчиво повторил Уильям это имя. – Соедините! – Его голос дрогнул.

– Да, сэр.

– Мистер Каин?

Всё тот же незабываемый лёгкий акцент.

– Да, и что вам нужно на этот раз?

– В соответствии с уставом «Лестер, Каин и компания» информирую вас о том, что у меня на руках восемь процентов акций банка и я намерен ввести в действие статью седьмую, если изложенные мною ранее требования не будут выполнены.