- Он отдыхает сейчас, с ним все будет хорошо.

- Я знаю, спасибо, - поблагодарил Том.

Она улыбнулась ему широкой открытой улыбкой. Это была крупная веснушчатая девушка с деревенским говором и жидкими сальными волосами. Том сразу почувствовал взгляд, который она бросила на него, - заинтересованный, знающий и страстный. Он оглянулся на нее, но сердце его не дрогнуло. Вполне милая девушка в белом кардигане поверх униформы. Уж конечно, он не мог бы обратить внимание на женщину вроде этой и за миллион лет. Сравнить ее с Марселлой - так это вообще девушка с другой планеты. Ну просто огромная разница! Он вышел в холодную ночь подышать свежим воздухом и позвонил маме.

- Он выглядит лучше, мама.

- Почему ты так решил? Я видела собственными глазами, как он хватался за грудь, как ему не хватало воздуха.

- Но сейчас все спокойно. Дыхание нормальное.

Она всхлипнула, и он услышал, как соседи успокаивают ее.

- Я позвоню тебе через час.

- Зачем? - осведомилась она.

- Чтобы сказать тебе, что с ним по-прежнему все хорошо.

- Он умирает, Том, ты знаешь, что он умирает. Он не должен был подниматься по лестнице в его-то возрасте, но он был в отчаянии. Хотел получить хорошее место для тебя.

- Это не имеет отношения к подъему по лестнице. Они так сказали. Все хорошо.

- Ну конечно! Ты так хорошо разбираешься в медицине! Мальчик, который даже шестой класс не закончил! Который даже не пошел в бизнес, чтобы помогать отцу. Ты случайно не знаешь, как и от чего происходят сердечные приступы?

- Мам, я позвоню тебе позже!

На улице было морозно, но это было лучше, чем шум и запахи больницы. Он зашел под навес для велосипедов, спрятался от ветра, забился в угол и хотел в тот момент только одного - чтобы отцу стало лучше. И, когда ему станет лучше, он обязательно поговорит с отцом как мужчина с мужчиной и не замолчит, пока не добьется нужного результата. Он решил настоять на том, чтобы регулярно навещать родителей в Стонифилде; будет готовить те блюда, которые они любят: жареную курицу, пастуший пирог; попросит Марселлу говорить с ними о тех вещах, которые интересны им. Марселла! Он с содроганием вспомнил о ней, остановился и посмотрел на людей, которые парковали свои машины на ужасной и голой бетонной стоянке. Честно говоря, деньги на благоустройство больницы он бы предпочел потратить на оборудование, отслеживающее работу сердца его отца, а не на озеленение территории. Он увидел некую особу в плаще, очень похожую на Шону Бэрк, которая закрыла машину и решительно направилась в приемную с огромной сумкой в руках. Это действительно была Шона. Он пошел к ней, чтобы поговорить, и она обернулась, словно почувствовала его. Он не хотел говорить ей о том, что случилось с его отцом. И еще он не хотел говорить с ней о Марселле. Вряд ли приличная девушка будет где-то в другом месте в тот момент, когда решается жизнь его отца… А Шона тем временем окликнула его:

- Том, мне кажется, ты дрожишь?

- Да, я знаю… Но внутри так душно.

- О да, я так часто бываю здесь…

- Извини…

- Все нормально, Том. - Она говорила спокойно, давая ему понять, что не будет обсуждать то, что видела. - Но ты выглядишь плохо. Пойдем хотя бы ненадолго.

- Ну хорошо, - ответил он и пошел за ней.

Сначала они молчали. Потом она повернулась к нему:

- Случилось что-то плохое?

- Я не знаю… Мой отец болен, сердечный приступ. Все зависит от исхода сегодняшней ночи: если завтра станет лучше, есть шанс, что он выздоровеет.

- Бедный Том! Когда это случилось?

- Я узнал обо всем около часа назад. Это просто ад! Мама очень подавлена, я боюсь, как бы она не оказалась на соседней койке с ним.

- Ты хочешь сказать, что ты только что узнал? - спросила Шона.

- Да. Меня это просто убило.

- Получается, Марселла еще ничего не знает?

- Нет. - Он совсем сник.

- Ох, бедная Марселла! Я предложила отвезти ее домой после спортзала, но она сказала, что поедет на автобусе, чтобы купить тебе комнатное растение и сделать сюрприз.

Прямо перед кем-то в приемной Том Физер поцеловал Шону Бэрк и издал вопль восхищения.

- Она была в спортзале? - крикнул он. - Сегодня вечером?

- Ты же знал, Том! Она сказала, что ты хотел, чтобы она осталась дома, и отметила, что люди говорят, что вы прекрасно работаете.

Том помчался домой настолько быстро, что даже удивился, что за весь день не услышал за спиной ни одной полицейской сирены. Войдя в дом, он увидел, что Марселла сидит за столом, а перед ней в горшке возвышается папоротник.

- Марселла! - воскликнул он. - Ты была в спортзале?

- Я же говорила, что собиралась. - Ее лицо было похоже на маску.

- Марселла! Если бы ты знала… видишь ли, я думал…

- Что ты думал, Том?

- Я предполагал, что ты поедешь на вечеринку в клуб… Она вопросительно склонила голову набок.

- Видишь, Рики сказал, что просил тебя.

- Да, просил. Но я не хотела ехать, потому что ты так занят и так устал, да и потом я знала, что ты ненавидишь все это. Поэтому я поехала в спортзал, как и собиралась.

Он не мог сдержать слез, брызнувших из глаз.

- Извини… я не думал… Я не думал даже, что ты любишь меня настолько сильно, чтобы отказаться от чего-то ради меня.

- Я отказалась. Конечно же я отказалась. - Ее голос был очень ровным. Она не показывала, что видит, как он расстроен.

- Ты действительно любишь меня. Сейчас я это вижу.

- Ничего не изменилось. Ведь правда? - Она отколола записочку и подала ему. - Ты самый недоверчивый мужчина, которого я когда-либо встречала. И как тебя вообще кто-то мог любить? - Она встала и ушла в спальню.

- Марселла, ты не уходишь? - Он мертвенно побледнел.

- Ну если ты думаешь, что я могу остаться тут на ночь после того, как ты решил, что я лгунья…

Он стоял в дверях спальни и не отрываясь смотрел на нее. Марселла уже достала свои вещи и искала одну из своих мини-юбок - он так не любил, когда она ее надевала. Потом взяла черные колготки из комода и направилась в ванную.

- Где ты собираешься ночевать? - спросил он.

- У меня есть друзья. Я найду, куда пойти.

- Марселла, пожалуйста!

Она вызвала такси и захлопнула дверь ванной. Потом, услышав дверной звонок, вышла.

- Мне очень жаль. - сказал он.

- Я думаю, Том, ты должен действительно сильно жалеть об этом. Ведь я всегда говорила тебе правду, и если ты думаешь, что это возможно - обманывать человека, которого любишь, то ты глубоко ошибаешься.

И она ушла. Раздался телефонный звонок. Это была его мама.

- Ты сказал, что позвонишь через час, - проговорила она. - Но я сама позвонила в больницу.

- С ним все хорошо, мама?

- Тебе наплевать на это, Том.

- Мама, пожалуйста.

- Все меняется каждую секунду. Что мы будем делать, если он умрет?

- Я вернусь в Фатиму, мама, - ответил он.

До того как выйти, он сделал две вещи: нашел телефон Джо и позвонил ему в Лондон. Он попал на автоответчик.

- Джо, это Том. У отца был сердечный приступ. Я дам тебе телефон больницы. Все, что ты должен сделать, - это показать ему, что ты его сын, и сказать то, что должен сказать. Я надеюсь, что ты что-нибудь сделаешь, Джо, но это твоя жизнь, я не имею права в нее вмешиваться.

Потом сел за стол и написал записку, которую оставил на столе:

«Я верю и молю Бога, чтобы ты вернулась, и если ты вернешься, дорогая Марселла, то знай, что я никогда не знал, что такое любовь до того, как встретил тебя, и моя жизнь бессмысленна без твоей любви».

Том не дотрагивался до своего мобильного всю ночь, но незадолго до рассвета изготовил шест с выемками, на котором должны крепиться фотографии, и поехал в контору.

Кэти была уже там.

- Так как же выглядит этот товарищ? - с усмешкой спросила она.

- Что?

- Это шутка. Так обычно говорят тем, кто побывал в драке. Ты надеешься, что кому-нибудь придется еще хуже.

Он тупо посмотрел на нее.

Кэти осеклась.

- О боже, Том. Это была шутка. Ты хуже, чем Саймон и Мод. Выпьешь виски или еще чего-то?

- Нет, я всю ночь сидел с отцом. У него был сердечный приступ. А еще Марселла ушла от меня.

Он сказал это таким странным тоном, как будто только что рассказал о двух незначительных событиях.

Кэти раздраженно посмотрела на него.

- Так что все-таки случилось, Том?

Она была добра и при этом сердита одновременно. Том был готов сломаться и жалостливо расплакаться, положив голову на стол, но тут пришел Рики с фотографиями.

- Иисусе, ты пропустил безумную ночь, - произнес он, хватаясь за голову. - И ты поступил очень мудро, что не пошел на эту вечеринку!

- Да, это я, мистер мудрый человек! - грустно произнес Том Физер, доставая шест, который его отец не был в состоянии обработать, потому что у него случился сердечный приступ до того, как он узнал все размеры.

- Прошло около суток, пап, это значит, что тебе должно стать лучше, - сказал Том своему отцу на следующий день.

- Ты не представляешь, как это было ужасно, Том! Словно чьи-то руки сжимают ребра. - Сегодня отец выглядел значительно лучше. - Мне сказали, ты был здесь ночью?

- Где же еще я мог быть?

- А Марселла?

- Она целует и любит тебя, отец.

- Я знаю. Она замечательная девушка. Я слышал от одной из медсестер, что какая-то пара нежно целовалась в холле больницы. Как раз тогда я почувствовал, что мне стало лучше. Я никогда не забуду этого.

Том посмотрел на него.

- Эта милая девушка, Катерина, была очень разочарована, узнав, что у тебя есть девушка. Она дежурила и рассказывала мне все.