– Мэйбелин, ты почему не спишь? Уже поздно. Иди ложись, – тихо сказала мама. Я уставилась в окно, не обращая на нее внимания.

Мама продолжила говорить в пространство.

– Обычно он возвращается до полуночи. – Мамина рука выстукивала на столе неровный ритм. – Я ему звонила. Он не отвечает. – Ее правая нога подпрыгивала вверх-вниз. – Он всегда звонит сам.

Воцарилась тишина, полная предчувствия и страха.

Я смотрела то в окно, ожидая, что Дэнни вот-вот подойдет к двери, то на экран телефона, надеясь увидеть его имя. Мама была права. Он всегда предупреждал, если задерживался где-то допоздна.

– Я пойду его искать, – сказал папа. О сиренах никто не промолвил и слова.

– Он вот-вот придет, – заявила мама чересчур уверенным тоном. – Он скоро будет дома.

Папа отправился наверх за свитером. Он еще не успел вернуться, как за окном засверкали красно-синие огни. Несколько секунд спустя кто-то постучал в дверь.

Тук.

Тук.

Тук.

Мы с мамой встретились взглядами. Я оцепенела от дурного предчувствия.

Мама приблизилась к двери и положила дрожащую ладонь на ручку. Папа сбежал вниз по лестнице в тот самый момент, когда она сделала глубокий вдох и открыла дверь. На пороге стоял бледный полицейский с темными кругами под глазами.

– Мистер и миссис Чэнь?

– Да, где наш сын? – поспешно спросил папа.

Полицейский стоял скованно, с неестественно прямой спиной. На его жетоне значилось Д. Джеффрис. Похоже, он был слишком молод и неопытен, чтобы скрыть свои чувства. Я видела, что он рад этому разговору не больше, чем мы.