Умэнь заметил:
47
Три испытания Доушо
47
Три испытания Доушо
Наставник Доушо, испытывая учеников, задавал им три вопроса[83]. Первый был таков: «Взявшись искать сокровенную истину, вы хотите лишь увидеть свою природу. Где же ваша природа?»
Второе испытание было таким: «Когда вы постигли вашу природу, вы становитесь свободны от жизни и смерти. Но если вы держите глаза закрытыми, как можете вы освободиться?»
Третье испытание было таким: «Если вы освободились от жизни и смерти, вы знаете, куда попали. Но если все четыре элемента[84] вашего тела распались, куда вы можете попасть?»
Умэнь заметил: Тот, кто ответит на эти три вопроса, будет повелителем всего мира. А тот, кто не ответит, пусть глотает поскорее, чтобы наесться досыта, и жует помедленнее, чтобы побороть голод.
Умэнь заметил:
48
Единый путь Ганьфэна
48
Единый путь Ганьфэна
Один монах спросил Ганьфэна:
– Будды всех десяти пределов света идут единым путем нирваны. Где начало этого пути?
Ганьфэн поднял свой посох, прочертил им в воздухе знак «один» и сказал:
– Вот оно.
Монах пошел к Юньмэню и задал ему тот же вопрос. Юньмэнь поднял над головой свой веер и сказал:
– Этот веер достигает тридцать третьего неба[85] и бьет по носу бога Диши. Он подобен карпу в Восточном море, который бьет хвостом по радуге, раскинувшейся в поднебесье.
Умэнь заметил: Один учитель опускается на дно моря и там вытирает грязь и подметает пыль. Другой учитель восходит на вершину горы и там поднимает волны до самого неба. Один хватает, другой отбрасывает, но оба поддерживают истинное учение одной рукой. Они подобны наездникам, которые стараются выбросить друг друга из седла. Но найти в мире достойного соперника для них нелегко. Если взглянуть на этих старцев оком истины, можно понять, что они так и не знали, где начало пути.
Умэнь заметил:
Послесловие Аньваня
Послесловие Аньваня
Почтенный наставник Чань Умэнь составил сорок восемь рассказов и высказал свои суждения об образцовых примерах древних мудрецов. Он уподобился торговцу лепешками, который силком запихивает свои изделия в рот прохожим, а те не могут ни проглотить их, ни выплюнуть. И хотя занятие это докучливое, Аньвань хотел бы бросить на раскаленную жаровню еще одну лепешку, доведя их число до «великого изобилия»[86], а потом, подобно всем прочим, предложить ее свету. Не знаю, окажется ли она по зубам почтенному наставнику. Если он сможет разжевать ее, свет сойдет с небес и земля содрогнется[87]. А если нет, пусть он положит ее к остальным сорока восьми и поджаривает до тех пор, пока она обуглится. Пусть говорит скорей! Пусть говорит скорей!
Почтенный наставник Чань Умэнь составил сорок восемь рассказов и высказал свои суждения об образцовых примерах древних мудрецов. Он уподобился торговцу лепешками, который силком запихивает свои изделия в рот прохожим, а те не могут ни проглотить их, ни выплюнуть. И хотя занятие это докучливое, Аньвань хотел бы бросить на раскаленную жаровню еще одну лепешку, доведя их число до «великого изобилия»
а потом, подобно всем прочим, предложить ее свету. Не знаю, окажется ли она по зубам почтенному наставнику. Если он сможет разжевать ее, свет сойдет с небес и земля содрогнется
А если нет, пусть он положит ее к остальным сорока восьми и поджаривает до тех пор, пока она обуглится. Пусть говорит скорей! Пусть говорит скорей!
Сорок девятый рассказ
Сорок девятый рассказ
В сутре[88] сказано: «Прекрати, прекрати – об этом не скажешь. О моей утонченной истине нельзя даже помыслить».
Аньвань заметил: Откуда берется истина? Где скрывается утонченность? И если кто-нибудь назовет их, что случится? Разве один Фэнгань[89] распускал свой язык? Ведь и сам Будда был болтлив. Проделки этого старика сбили с толку не одну сотню поколений его потомков. Истину его причудливых речей ни ложкой не выловишь, ни в котелке не сваришь. Как ни старайся их понять, ошибки не избежишь. Люди вокруг спрашивают, как же нам быть, в конце концов? Аньвань, смиренно сложив ладони, отвечает: «Прекрати, прекрати – об этом не скажешь. О моей утонченной истине нельзя даже помыслить». А теперь я выделю кружками[90] слова «нельзя помыслить» и покажу их каждому. Все пять тысяч свитков канона и врата недвойственности Вималакирти[91] сходятся в них.
Аньвань заметил:
«Лес чаньских изречений»
«Лес чаньских изречений»
Первоначальный вариант данной антологии был составлен в XV веке японским наставником чань Тоё Эйтё и носил название «Книга изречений» (Кю дзо си). Он включал в себя около пяти тысяч сентенций, извлеченных из буддийских сутр, наследия китайских учителей чань, а также конфуцианских и даосских книг и стихов китайских поэтов. Эти сентенции были сгруппированы по числу составлявших их иероглифов, начиная с односложных слов. Антология Тоё Эйтё в несколько расширенном виде была впервые напечатана в 1688 году под ее современным названием «Лес чаньских изречений» (Дзэнрин кюсю). С тех пор она стала одним из самых популярных в Японии компендиумов чань.
(Кю дзо си)
(Дзэнрин кюсю)
Перевод осуществлен по изданию: Дзэнрин кюсю / Ред. и ком. Сибаяма Дзэнкэй. Киото, 1952.
Перевод осуществлен по изданию: Дзэнрин кюсю
Ред. и ком. Сибаяма Дзэнкэй. Киото, 1952
Изречения в одно слово
А!
Хэ!
Есть!
Оставь!
Хватит!
Нет!
Вышло!
Иди!
Вернись!
Изречения в два слова
Как это?
Смотришь ли?
Нет меня.
Все забыто.
Изречения в три слова
Один, два, три!
Вор знает вора.
Одна пара глаз.
Один аромат чань.
Иди выпей чаю.
Смотри под ноги.
Не думай попусту.
Большая куча земли.
Вот это человек!
Раз взглянул и увидел.
Изречения в четыре слова
Отец и сын одной семьи.
Покоен сердцем, претворяет судьбу.
В словах есть эхо.
Дождь моет, ветер полирует.
Настоящий человек без положения.
Много лекарств – болезнь обострится.
Глупо упрямый – упрямо глуп.
Раздувай огонь по ветру.
Увидел зайца, пускай сокола.
Сиди спокойно, пей чай.
Всякое место достойно уважения.
У разбойника пустое сердце.
Многословные изречения
Один нож с двух краев режет.
Где рыба проплывет, там вода мутнеет.
Сидя в колодце, глядеть на небо.
Кто ищет человека, тот нарушает запрет на передвижение по ночам.
Когда приходит вода, появляются дамбы.
Прячься сам, но показывай свою тень.
Большая яшма не поддается обработке.
Разводить руками воду, чтобы найти волну.
Один слепец соберет вокруг себя множество слепых.
Одно тело занимает весь мир.
Чистая луна не отбрасывает тени.
Слова правды проникновенны и холодны, как вода.
Горсть снега в раскаленной печи.
Когда в горах холодает, цветы расцветают.
В мертвой воде не прячутся драконы.
Тот, кто грустит, знает, как длинны ночи.
Настоящая яшма очень заметна в грязи.