– Подождет пару минут, не развалится! – ворчливо бросила Роуз и с улыбкой посмотрела на дверь.

За ней тем временем выстроилось еще несколько покупателей. Хорошо, что я вышла сегодня пораньше, чтобы помочь Роуз. А ведь вообще-то не собиралась! Вчера вечером я твердо решила бросить обе мои работы.

Однако у моей усталости были другие планы. Сэм проводил меня до дома Деза, и я пошла наверх собирать вещи. Неплохо потрудилась, а потом присела на кровать минутку передохнуть.

И проснулась от звона будильника. Молли лежала под боком, устроив пушистую голову у меня под подбородком. Когда я потянулась выключить будильник, она громко мяукнула, затем вскочила на ноги и переместилась в изножье кровати.

– Пришла пообниматься? – улыбнулась я.

Кошка повернулась ко мне задом и махнула хвостом.

– Да-да, – довольно пропела я. – Ты со мной обнималась!

Не обращая на меня внимания, Молли облизнула лапу и начала умываться.

Я рассмеялась, и тут мою грудь пронзила боль: не физическая – моральная.

Я вдруг осознала, что мне придется уехать. А я не знаю, как проститься с Молли. Она только-только начала мне доверять и, наверное, со временем полюбила бы. Конечно, она никогда не поймет, почему я ее бросила.

Я решила поехать в Тампу к маме, а там уже решить, куда двигаться дальше. В Огайо я точно не вернусь. Просто не смогу! Особенно теперь, когда знаю, как прекрасно море. Что ж, найду другой приморский городок и начну все сначала.

Я смогу. Не хочу, конечно, но не сомневаюсь, что все получится. Если погоня за призраком мне что-то и принесла, так это уверенность в своих силах.

Будильник снова зазвенел, и, выключая его, я увидела, что накануне пришли сообщения от Мэгги и Деза. Мне не особенно хотелось их читать, но любопытство взяло верх. Собрав остатки смелости, первым я открыла сообщение от Мэгги.

«Заезжала повидаться, но ты спала, и я не стала тебя будить. Прости, что напугала! Все хорошо. Увидимся завтра».

«Заезжала повидаться, но ты спала, и я не стала тебя будить. Прости, что напугала! Все хорошо. Увидимся завтра».

Дальше шел ряд сердечек, и я до смешного им обрадовалась.

Все хорошо.

Все. Хорошо.

Слова кружили в голове, пробуждая надежду.

Затаив дыхание, я открыла сообщение от Деза.

«Феечка, я хочу предложить тебе работу. Сегодня ночую у Кармеллы. Поговорим завтра».

«Феечка, я хочу предложить тебе работу. Сегодня ночую у Кармеллы. Поговорим завтра».

Феечка… Дез сам придумал мне это имя. Если бы он злился, то не стал бы так меня называть, верно? К тому же он пишет, что хочет предложить мне работу. Неужели получится заштопать разорванную мечту блестящей нитью?

– Молли, мне предлагают работу!

Кошка перестала вылизывать хвост и печально посмотрела на меня своими большими голубыми глазами.

Дыхание сбилось, я сникла.

Скорее всего, работать у себя Дез мне не предложит. А значит, все равно придется расстаться с Молли.

– Я буду часто-часто тебя навещать, – сглотнув комок в горле, пообещала я.

Кошка изящно спрыгнула с кровати и выбежала из комнаты.

Перед уходом в кофейню я пыталась ее найти, но она явно не желала показываться на глаза.

– Поговорю с Дезом, – громко объявила я, стоя посреди гостиной и надеясь, что она меня слышит. – Посмотрим, может, придумаем что-нибудь.

Потом представила, что сказала бы мама, если бы увидела, как я стою посреди комнаты и стараюсь утешить кошку. И засмеялась, несмотря на паршивое настроение.

«Нужно позвонить маме», – решила я. Вчерашний разговор о тайнах и правде запал мне в душу. Теперь я понимала, что зря ее обманывала. Надо было честно рассказать о том, что я здесь. И о проблемах со здоровьем.

– Молли, я скоро вернусь! – крикнула я. – Посмотрю, может, Норман сможет зайти тебя навестить.

Я ждала, что кошка зашипит или замяукает, но ответило мне только эхо.

Уходить не хотелось, но я уже опаздывала на смену.

Я думала, Мэгги будет в кофейне, но, когда пришла, обнаружила там только Роуз. Оказалось, Мэгги позвонила ей вчера поздно вечером и спросила, не против ли та утром поработать без нее: ей нужно отоспаться.

Рассказывая, Роуз многозначительно двигала бровями.

– Я слышала на заднем плане голос Донована. Он советовал ей взять отпуск на всю неделю.

Я стала с улыбкой засыпать зерна в кофемолку.

– Рада за нее!

Вчера они так уютно сидели на пирсе! Видимо, можно было надеяться, что все недоразумения между ними забыты.

Роуз приготовила пробный эспрессо, чтобы убедиться, что кофемашина работает нормально.

– Я то же самое сказала! Всем нам не помешает немного любви, черт меня побери!

– Мы все еще про Мэгги говорим? – ухмыльнулась я.

– Следи за языком! – Роуз шлепнула меня тряпкой.

– Да, мэм! – Я никак не могла удержаться от смеха.

Было уже десять минут восьмого, и я начала снимать со столов стулья и опускать их на пол. Роуз же осталась за стойкой, готовясь к приему посетителей, которых за дверью собралась уже целая толпа.

Закончив со стульями, я обернулась:

– Готова?

– Более чем.

Я отперла замки и распахнула дверь:

– Доброе утро! Добро пожаловать в кофейню «Сорока»!

Титус важно шагнул внутрь, но от стойки его оттеснила хлынувшая в зал толпа. Свои дреды он сегодня забрал назад, надел рубашку с коротким рукавом и отглаженные шорты. А подарков на этот раз не принес. Сунув руки в карманы, Титус принялся изучать меню, которое наверняка уже знал наизусть.

Мы с Роуз занялись заказами, но, работая, она то и дело поглядывала на него. Потом наконец развернулась и сделала глубокий вдох, набираясь храбрости.

Титус поднял голову. Казалось, они смотрели друг на друга целую вечность, и вот наконец он шагнул к стойке. Но стоило ему открыть рот, как в кофейню вошла Эстрель. Титус осекся и снова отступил.

Очевидно, он хотел поговорить с Роуз без посторонних ушей.

– Доброе утро, мэм!

– Ты первый подошел. – Она указала рукой на стойку.

– Ничего-ничего. Сначала вы. Я настаиваю!

Эстрель понимающе улыбнулась, словно зная, почему он медлит. Сегодня на ней было свободное черное платье до пола с кружевным воротником. Когда она шла вперед, согнувшись крючком и ссутулив плечи, черный подол плавно развевался вокруг ее ног. И оттого казалось, будто она плывет над полом.

– Доброе утро, Эстрель! – Я уже доставала стаканчик. – Вы сегодня ранняя пташка!

Серебристые глаза блеснули из-под вуали.

– Как можно спать, когда вокруг происходят такие метаморфозы?

Метаморфозы… Вряд ли она случайно использовала это слово! Я посмотрела в окно, но, слава богу, монарха с белым крылышком не было видно. Конечно, эта бабочка вылупилась из куколки уже давно, но меняться не перестала. Оставалось только гадать, что случится, когда ее четвертое крыло полностью побелеет…

– Как обычно? – спросила я.

– Лучше большой. – Эстрель не мигая уставилась на меня. – День будет долгий и ветреный.

Я содрогнулась. Вчера Эстрель тоже предрекала бурю. Я думала, она имела в виду ситуацию с Мэгги. Получается, что-то еще должно было случиться?

– Что бы ни произошло, помни: после обязательно выйдет солнце, – сказала Эстрель.

– Может, вы уже прекратите?

– Прекращу что?

– Сами знаете что!

– Как я уже сказала…

– Да-да. Я помню: вы старая, и это ваш способ развлечься.

– Какая дерзость! – Эстрель покачала головой.

Роуз с ужасом смотрела на меня, видимо, ожидая, что я вот-вот заработаю дурной запах изо рта.

Я ободряюще улыбнулась ей.

Эстрели я не боялась.

Или, скажем, боялась, но не очень сильно.

Тем временем пожилая леди захихикала.

Я, закатив глаза, стала готовить для нее шоколад. И как раз ставила на стойку стаканчик, когда в кофейню вошли Хавьер и Редмонд. Редмонд, увидев Эстрель, хотел было улизнуть, но Хавьер схватил его за руку.

– Доброе утро! – хором поздоровались мы с Роуз.

Титус нетерпеливо вздохнул, отошел к доске и внимательно уставился на нее, внезапно воспылав интересом к кремовым пирожным от Грозного Элдриджа.

Эстрель пробормотала «доброе утро» и хотела было приложить кредитку к терминалу, но тут Хавьер ее остановил:

– Мы угощаем. В знак благодарности. Оказалось, гибкость лечит разбитые сердца!

Такой элегантный, в отглаженных слаксах и рубашке с галстуком, он так и лучился здоровьем! Редмонд же снова надел свой новый спортивный костюм. Видимо, воссоединение, которого все так ждали, наконец состоялось.

– Какая забота! – протянула Эстрель. – Ава, если не возражаешь, я возьму еще плюшку с малиной.

Редмонд открыл рот. Хавьер же только рассмеялся.

Я вытащила плюшку с витрины и положила на тарелку.

Эстрель теперь явно добрее смотрела из-под вуали; мне даже показалось, она прослезилась. Влажно блестя глазами, взяла шоколад, плюшку и пошла за свой любимый столик.

Я покосилась на Титуса, но он все еще стоял спиной к нам, и я улыбнулась Редмонду и Хавьеру.

– Что вам предложить?

– Айс-мокка на миндальном молоке и… кекс с корицей, – сказал Хавьер.

– А мне сегодня карамельный айс-латте. Навынос, пожалуйста! – отозвался Редмонд.

Я решила, что, пожалуй, запомню на будущее совет про гибкость. Ведь этим двоим он здорово помог! Оба слегка прогнулись, но не сломались.

Мы с Роуз быстро разделались с их заказом. И как только Редмонд и Хавьер направились к двери, Титус пулей полетел к стойке, чтобы больше никто его не опередил. Я отскочила в сторону, взяла тряпку и бросилась вытирать и без того чистые столы.

– Доброе утро, Титус! – Роуз вскинула подбородок.