Очень может быть, подумал полковник Росс. Ведь письмо написано 18 августа. К этому времени на всех английских авиабазах уже знали, что произошло семнадцатого числа. И еще они должны были знать, что это не последний, а лишь первый массированный налет на немецкие заводы по производству истребителей. В тот день, наверное, не было ни одного бомбардировочного экипажа, ни одного летчика, которого бы не пугала мысль о предстоящих вылетах. Хотя, скорее всего, они старались вообще об этом не думать.

— Ты, наверное, считаешь, что это я во всем виноват, дорогая, — сказал полковник Росс. — Но я, ей-Богу, не знал, как иначе я мог тогда поступить. Да и сейчас не знаю.

— Нет, ты не виноват. Я все виню, всю эту дурацкую жизнь. Я тружусь, стараюсь, а потом что-то происходит не знаю, что, — и все рушится. Неужели во всем этом есть смысл?

— Что я могу тебе сказать, — ответил полковник Росс. — Честно говоря, я и сам часто об этом думаю. Вот и сегодня думал. Я уже стар и чем дольше живу, тем меньше понимаю, что к чему, тем хуже у меня все выходит. Так какой же во всем этом смысл? Вот возьми людей — просто руки опускаются. Я сегодня целый день бился — и без толку. Например, полковник Моубри — хороший человек и при всем том самый большой дурак, каких я знаю. Теперь еще неприятности с цветными офицерами. Они считают, что с ними обходятся несправедливо. Думаю, во многих случаях так оно и есть, но существуют непреодолимые препятствия, которые мешают обращаться с ними по справедливости. А те двое, что за них заступились, — просто два молодых петуха, которым больше всего на свете хочется покрасоваться, привлечь к себе внимание. За весь день я не встретил ни одного человека, который не был бы мне чем-то неприятен. Видит Бог, что так оно и есть; даже те, кто мне когда-то нравились — как я теперь понял, — нравились мне лишь потому, что я ничего о них не знал. И сам я, откровенно говоря, в большинстве случаев вел себя отвратительно.

— Успокойся, — сказала миссис Росс. Она пододвинулась к мужу и положила голову ему на плечо. — И хватит на сегодня об этом.

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ Суббота Saturday

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

Суббота

Saturday

I

I

Цветной лифтер высунул голову из дверей кабины и посмотрел в один, потом в другой конец коридора.

— Подождите, — крикнул Натаниел Хикс и затрусил к лифту, на ходу застегивая ремешок ручных часов. Было пять минут седьмого утра.

В кабине он увидел внушительного вида лысого подполковника с эмблемами химической службы — скорее всего, командированного — и майора Боудри из чертежной секции отдела нестандартных проектов. Майор Боудри, невысокий блондин, производил впечатление человека робкого и неуверенного в себе.