— Вот здесь пакет для вас, — подошел к ней вахтер. И протянул что-то продолговатое, завернутое в газету. — Мне оставил ночной сторож. Сказал, что товарищ Хорват должен зайти за пакетом. — Флорика развернула пакет, и кровь бросилась ей в лицо. Софика увидела, что это кукла, и стала просить игрушку.

По дороге домой обе молчали. Софика была занята серой резиновой куклой, а ее мама своими мыслями.

«Вот я ему покажу, — думала Флорика. — Только бы пришел домой».

4

Герасим застал в кухне Корнелию, сидевшую подле его матери. Он хмуро поздоровался, подумав, что опять надо будет спать в одной постели с Петре. Присел к столу и внимательно посмотрел на Корнелию: она как будто раздалась, поправилась. Он сказал ей:

— Ты пополнела, Корнелия. Хорошо выглядишь.

Мать подала ему знак, но слишком поздно. Корнелия встала с места и показала Герасиму живот. Объяснений не требовалось, за версту было видно, что она беременна. Герасим вспомнил о совете, который Корнелия получила от отца перед своим первым приездом в Арад, и он чуть было не усмехнулся. Но все же сдержался.

— Значит, ты вышла замуж?

— Пока еще нет, — сказала Корнелия. — Папаша сказал мне, что я должна как можно скорее выйти замуж.

«Это значит, что она будет торчать у нас, пока не найдет себе мужа», — подумал Герасим. Спросил:

— Ну и что же, ты нашла уже кого-нибудь?

— Петре.

— Петре? — удивился Герасим. Потом у него мелькнула мысль, что его брат и она… — Да, да… А где же Петре?

— Он еще не вернулся с фабрики, — ответила мать.

Хотя Герасиму было жаль Петре, он не мог скрыть улыбку.

— Петре будет очень рад…

— Да, — согласилась Корнелия. — Я привезла ему большую посылку. — Она показала в угол, где стояла огромная плетеная корзина.

— А если Петре не захочет взять тебя? — спросил Герасим просто так, чтобы посмотреть, что скажет Корнелия.