Она о сердечной боли — вечная тема. Слова, произнесенные моими собеседниками на прощание, ясно дают понять: уже сегодня вечером они выйдут на связь с Джошем.

Меня переполняют эмоции, приходится выполнить несколько дыхательных упражнений, которые показала Каролина. Медленный вдох, медленный выдох. Я — в студии звукозаписи в центре Лос-Анджелеса. Она оборудована по последнему слову техники, и я не могу удержаться — трогаю переключатели, разглядываю мониторы. Да уж, моя собственная студия на верхнем этаже дома по сравнению с этой выглядит допотопно.

За стеклянной перегородкой музыканты начинают играть. Хорошо, как хорошо! Я захвачена, я поглощена музыкой — своей музыкой. От волнения начинаю себя щипать. Останавливает только страх сделать синяки.

Песню повторяют несколько раз, пока мы дружно не сходимся на том, что все — зашибись. Попрощавшись, я иду в сторону машины, где ждет меня Бойд, и думаю, как прекрасна жизнь, когда мой телефон начинает вибрировать. Приходит эсэмэска от Пинка:

Поужинаем сегодня? Я знаю место, где подают великолепные стейки.

Новый, прекрасный мир принимает меня в свои объятия. Я уже почти слышу, как на заднем плане потирает лампу Аладдин.

И это не влюбленность. Это похоть, простая и незамысловатая.

Я тут же отвечаю: конечно, обед, с удовольствием, надеясь, что, вопреки всем разговорам в самолете, обед не останется просто обедом, а плавно перейдет в секс. И мне плевать, какой Пинк человек.

Теперь я знаю: иногда можно просто кого-то до смерти хотеть.

Бойд открывает дверцу автомобиля, и я ему улыбаюсь.

Нет, ну надо же?

Машина оставляет меня у входа в обувной магазин «Маноло Бланик». Хотя туфли притягивают меня так, что почти невозможно сопротивляться, я зажимаю волю в кулак и прохожу дальше, к салону дамского белья. На улице полно людей, и внезапно возникает ощущение, что все прохожие пялятся на меня.

Они что, все поняли, что я ищу белье для секса?

Они знают, что под черными штанишками-капри у меня наведена красота с эпиляцией и все такое? Публика, главным образом женщины, внимательно рассматривает друг друга, и я стараюсь, гордо подняв голову, двигаться в одном ритме с ней — как ни в чем не бывало, не обращая внимания на тявкающих собачонок с украшенными брюликами поводками.

Лови момент!.. Я на Родео-драйв! Улица эта гораздо уже, чем я представляла. Четыре полосы — две туда, две обратно; не знаю, почему я ждала большего.

Вдоль улицы повсюду высажены цветы, кругом пальмы.

Зафиксировав местные ландшафты, как любой прилежный турист, я захожу в магазин. Как ни стыдно, на самом деле мне на эти красоты плевать. Мне просто требуется роскошное белье. И я хочу, чтобы Пинк, снимая его с меня, не испытывал отвращения.