В качестве решающего свидетельства для возникновения фем при Ираклии принимается общеизвестное сообщение Феофана Исповедника о походе императора против персов, согласно которому Ираклий должен был прийти «в земли фем», набрать и обучить там войсковые подразделения (Theoph., а. 6113). Упоминание «областей фем» может указывать на существование фем и, следовательно, на их создание при Ираклии[1101]. Вопреки этому уже И. Караяннопулос высказал обоснованное возражение, которое впоследствии поддержал Р. Лили. По мнению этих исследователей, τά θέματα этого времени рассматриваются лишь в качестве воинских формирований, но не в качестве военных округов[1102]. Внести ясность в этот вопрос можно, если определить предполагаемый источник Феофана. Р. Шпек, изучая источники Феофана по событиям конца VIII в., обнаружил, что хронист, описывая данный период, использовал множество различных трудов своих предшественников. Исследователь пришел к выводу, что Феофан почти дословно переписывал соответствующие сведения и отказывался от их серьезной переработки[1103]. В отношении источников Феофана по событиям VII в. такой работы еще не проводилось. Но, на наш взгляд, можно предположить, что и в данном случае хронист пользовался похожим методом работы. Поэтому до того, как мы будем пытаться объяснять любое спорное место в его сочинении, мы должны поставить вопрос откуда он почерпнул свою информацию, когда был создан этот источник и, прежде всего, какой термин был употреблен в интересующем нас месте. Только после такого предварительного исследования соответствующая интерпретация данного места будет возможна, а до тех пор сообщение Феофана при изучении вопроса о возникновении фем не может служить веским аргументом.

И. Караяннопулос усматривает в том обстоятельстве, что патриарх Никифор в своей «Краткой истории» упоминает о фемах и их названиях только применительно к последней четверти VII в. (Niceph., а. 628), определенное свидетельство того, что в более раннее время, а именно в период правления Ираклия, ни о каких фемах еще не могло быть и речи[1104].

Существующие источники позволяют допустить, что фемные командиры в VIII в. уже стали определенным образом влиять на область гражданского управления. Это предположение подтверждается печатями, которые показывают, что между 680 и 750 гг. фемы постепенно берут определенный перевес над гражданским провинциальным управлением[1105]. Но нельзя определить, развивался ли этот процесс одновременно во всех фемах. Можно говорить лишь о значительных различиях в развитии регионов, что объяснятся, вероятно, большими размерами первых фем. Фемы Опсикий, Анатолик, Армениак, Фракисий и Кивереоты покрывали область, на которой находились в целом двадцать семь гражданских провинций. Они были слишком большими, чтобы самостоятельно выполнять задачи гражданского управления. С другой стороны, уже тот факт, что фема охватывала область нескольких гражданских провинций, позволил фемному начальству, обязанному защищать подконтрольную ему территорию от арабских вторжений, присвоить себе определенное право контроля над гражданской администрацией. Не случайно, что первые примеры такого порядка появляются в области фемы Анатолик, а последние — в области фемы Опсикий. Исследования Д. Холдона показали, что Анатолик в VII в. нес основную нагрузку борьбы с сирийскими арабами, и поэтому слияние властей могло происходить здесь особенно быстро[1106].