* * *

Как видно, процессы человеческого расообразования шли в полном соответствии с экологической адаптацией людей. Человек возник как житель африканских саванн – и в них он живёт лучше всего. По мере расселения люди занимали первым делом ландшафты, максимально похожие на исходные – ближневосточные саванны и лесостепи Южной Европы. Чем больше климат отличался от тропического саванного, тем меньше была плотность людей и тем заторможеннее поступь цивилизации. Людей ограничивали самые разные факторы, совсем не родными оказывались самые разные экосистемы: густые леса – и тропические, и северные, пустыни – и жаркие, и холодные, горы – и высокие, и не очень, суровые арктические широты и, казалось бы, сказочные острова. Соответствующие адаптивные типы людей – умеренный, аридный, высокогорный, арктический – сформировались совсем недавно, буквально в голоцене. С другой стороны, скорость адаптации людей радует – на это понадобился какой-то несчастный десяток тысяч лет. По факту, на данный момент людьми заселена вся поверхность планеты, лишь подводный мир нам пока ещё малодоступен, хотя загрязнять мы умудряемся и его.

Наша задача – не вымереть и не дать вымереть другим видам, ведь мы – часть экосистемы, мы не можем жить без бактерий, простейших, растений, грибов и животных. Мы по-прежнему дышим кислородом, мы нуждаемся в еде и микроэлементах, мы зависим от симбиозов. В конце концов, для нормальной работы нашего мозга мы должны чувствовать вокруг себя что-то живое! Как обеспечить и свою хорошую жизнь, и сохранение окружающей жизни? Очевидно, пора уже соответствовать своему гордому самоназванию Homo sapiens…

* * *

Надолго ли хватит нового потепления? Климатологи говорят о возможном десятке тысяч лет поднятия температур. Возможно, так и будет, но правда ли это начало новой термоэры? Палеоклиматология показывает, что все недавние потепления всегда заканчивались ещё более грандиозными оледенениями.

С одной стороны, глобальное потепление может нести большие проблемы для многих и многих людей планеты; с другой – в краткосрочной перспективе Россия, стартуя со своих морозных позиций, явно выигрывает, а в долгосрочной – термоэры всегда были эпохами расцвета биосферы. С третьей стороны, ледниковый период был бы всяко намного страшнее потепления; с четвёртой – именно климатические проблемы всегда были главным двигателем нашей эволюции, именно в моменты экологических ухудшений мы поднимались на следующие ступени эволюции.