– Тьфу! Чего это я? Расстраиваться-то чего? – Катя уговаривала себя некоторое время, и почти уговорила, пока случайно не глянула в сторону. – Ой, а это что? – белый лёгкий туман нехотя уступал, уходил с сонной земли, и справа между деревьев что-то блеснуло! Катерина вытянула шею, стала на цыпочки, пытаясь высмотреть, что же там такое, и увидела между деревьями невиданной красоты поляну. На неё попали первые солнечные лучи, и она вся засветилась, засияла. Ветер легко тронул травы, росшие на поляне, и Катя услышала мелодию. Далёкую, но такую притягательную. Она быстро приметила, как можно легко вернуться обратно, прикинула расстояние. – И совсем недалеко! Я быстренько! – ноги словно сами снесли её со ступенек, и она побежала к поляне.

– Красота какая!!! – расступились деревья и Катя увидела самую удивительную поляну из всех, что ей попадались! Поляна была много больше, чем казалось, трава мягкая, шёлковая, и шелестит, словно к каждой травинке колокольчик привязан, а к каждому листку малому – бубенец звонкий. И ветра-то не было, а мягкий перезвон сплетался в мягкую мелодию, даже слова слышались в этой мелодии. Катя и идти дальше не хотела, траву жалко мять было, но, вскоре забыла об этом и шаг за шагом шла по чудесной поляне. Сначала было почему-то тревожно, но почему, она не сумела вспомнить, и просто слушала и смотрела, забывая обо всем.

– Будешь всех краше, будешь ты наша, глаз не отвести, так иди же, вперёд иди! – шуршала трава.

– Доброе утро! – Степан протёр глаза и обнаружил, что Кир ещё дрыхнет на своей перине! – Ты чё! Соня! Вставать уже пора!!! – он свесился со своей широкой лавки, подобрал кроссовок и швырнул его в мирно спящего побратима.

– Ай! Стёп, ты не человек, а натуральный бабуин, гамадрил, можно сказать! – Кир не открывая глаз нащупал метательный снаряд и кинул его подальше. – Павиан!

– Зря! – констатировал Степан. – Ты его к Катьке за занавеску зашвырнул! Она такое не понимает, счас визгу будет! – он даже приготовился к этому визгу, но было тихо. – Кать, ты что, спишь что ли? В тебя тут одна негодная личность обувью моей швыряется, а ты и не реагируешь! Кааать!

– Я сейчас встану и тебя поколочу! – завил возмущенный Кир. – Странно, ты даже меня уже разбудил, а она-то чего не реагирует? Катька!

Он взвился на ноги, стремительно переоделся с помощью пёрышка и помедлив секунду перед занавеской, заглянул за неё! – Стёп, её нету!

Ещё через полминуты мальчишки скатывались по лестнице, зовя Катерину во всю мощь двух глоток.

– Смотри! Она вон там, на поляне, – Кир указал на деревья справа. – Идёт.