Не все дурили, подобно Чижову. Кто-то уходил в запой, кто-то просился на лечение. Архивные документы объясняют причины отчаянного поведения людей. Огромная нагрузка ложилась на плечи организаторов Торгсина в регионах – работа на износ, нервное истощение, обострение болезней. Из-за нехватки жилья – Чижов, например, должен был «сожительствовать» в комнате с другим москвичом – посланцы Правления не могли привезти с собой семьи[1120]. В конце 1933 года некоторые региональные конторы стали открывать краткосрочные курсы, чтобы готовить для себя кадры на месте, но Торгсину не хватило времени, чтобы решить кадровую проблему[1121].

Условия работы в Торгсине, особенно в период стремительного развертывания его торговли, были тяжелыми. Огромные очереди, нехватка работников, а в результате – многосменная работа, сверхурочные. Работники воевали за выходные дни. Правление запрещало директорам, кассирам, продавцам, оценщикам, контролерам брать выходные в общегражданские дни отдыха и в «базарные дни»[1122], потому что именно тогда шел массовый поток покупателей[1123]. Однако сотрудники самовольно не выходили на работу, невзирая на наказания. Будни Торгсина состояли из изнуряющих производственных совещаний и политучебы, авралов по составлению детальных и частых отчетов, во время которых бухгалтеры вообще не уходили с работы домой. Директор одного из ленинградских торгсинов писал, что его сотрудники работали с утра до поздней ночи: «Часто просишь остаться – слезы, истерические слезы: „мы больше не можем, забыли о семье, не можем так работать“»[1124].

Недостаток помещений представлял хроническую проблему. Специалисты ютились в комнатушках под лестницами, в чуланах, на чердаках, за фанерными перегородками[1125]. Вот, например, в каких условиях работали сотрудники универмага № 4 в Ленинграде. Центральная часть бухгалтерии располагалась в комнатушке под лестницей, прозванной из-за тесноты «крольчатником». Душная комнатка высотой 2 метра была рассчитана максимум на 9 человек/столов, ютилось же в ней 18 человек. Если кому-то нужно было встать с места, то непременно со своих мест должны были встать еще несколько человек. Другие сотрудники бухгалтерии располагались на первом этаже за фанерной перегородкой в проходной комнате. Здесь в помещении, рассчитанном на 10–13 столов, работали 32 человека. Тут же за перегородкой в проходе располагалась общая раздевалка, на подоконнике шли многочасовые чаепития, сновали грузчики, которые вносили товар и выносили мусор, ютились уборщицы со своим инвентарем, рядом за другой перегородкой располагался скупочный пункт с очередями и склоками. Шум, разговоры, дым от постоянного курения. К тому же в бухгалтерию все время бегали сотрудники магазина позвонить по телефону, так как на весь магазин телефонов было только два – у директора, которого старались не беспокоить, и у главного бухгалтера[1126].