Горница в петербургском доме Смурова, За широким низким окном виден строящийся город. На столе — богатое угощение. Смуров и Ненила сидят, внешне спокойные, чинные, но в напряжённом ожидании. На авансцене за пяльцами Люба. Она с трудом сдерживает волнение, пытаясь делать равномерные стежки, но по ходу действия то замедляет, то убыстряет движения.
Горница в петербургском доме Смурова, За широким низким окном виден строящийся город. На столе — богатое угощение. Смуров и Ненила сидят, внешне спокойные, чинные, но в напряжённом ожидании. На авансцене за пяльцами Люба. Она с трудом сдерживает волнение, пытаясь делать равномерные стежки, но по ходу действия то замедляет, то убыстряет движения.
Вбегает молодой приказчик. Он делает отчаянный, лихой жест рукой, будто собирается сообщить очень важную новость, но, размахнувшись, переводит жест в отрицательный.
Вбегает молодой приказчик. Он делает отчаянный, лихой жест рукой, будто собирается сообщить очень важную новость, но, размахнувшись, переводит жест в отрицательный.
Смуров.
Смуров.
Ну? Что?
Приказчик.
Приказчик.
Не видать-с…
Смуров.
Смуров.
Так зачем в горницу пожаловал? Только всполошил зря. Это не дело. Брысь!
Приказчик.
Приказчик.