Автор предисловия к журналу предлагает читателю принять как данность то, что в беседе (мы бы сказали: в коммуникации. – В. Б.) может не случиться анекдотического или поэтического вдохновения. «Слово: не имеется, право, лучше пошлой повести и плохого стиха»[926]. А. С. Хомяков со свойственных ему глубоко патриотических позиций призывает не входить в «самоуничижение пред мыслью иноземною». (В настоящее время именно иноземные принципы организации и структурирования текстов главенствуют в печатной и электронной коммуникации.) При разрешении почти всех занимаемых вопросов, писал он, журнал не считает себя вправе обходить требования нравственной правды, он будет противостоять «пустодушию европейского просвещения».

Характерно, что в ряде книжек «Русской беседы» А. С. Хомяков выступал и как поэт, и как публицист, и как историк, научный исследователь и переносил из самой жизни на коммуникацию свой опыт и образ[927] пытливого и эрудированного собеседника, художника устного слова. Идеи общественного развития он облекал и в научную, и в публицистическую, и в сугубо художественную форму, не давая читателю соскучиться. Даже в разделе «Смесь» помещал произведения, несущие славянофильские идеи, выстроенные в форме диалога, что, по его мнению, должно было усиливать эффект сообщения, соборности.

В основе этого эффекта лежала глубокая связь высокого и низкого, логического и жизненно-эмоционального как в самом построении речевой коммуникации, так и во внутреннем их содержании. Эта связь потеряла бы свою значимость и духовный смысл, если бы подобное разнообразие («смесь») лишено было нравственного сообщения, нравственной связи журналистов, авторов текстов с читательской аудиторией. Сообщение происходит, когда коммуникация не нацеливается преимущественно на освещение развлекательных, сенсационно-разоблачительных или анекдотических тем и ситуаций. Против откровенной эксплуатации такого материала резко выступал автор и издатель А. С. Хомяков. Он понимал, что это особенно цинично и недопустимо, когда общество переживает период исторического перелома, социально-экономических реформ, пересмотра человеческих ценностей, становления национальной идеи в новых условиях.

Назрела необходимость изучения наследия создателя всеобъемлющей отечественной концепции диалога цивилизаций эстетико-публицистической системы славянофилов. Современная Россия занята поиском национальной идеи, но многие печатные и электронные издания строят свою коммуникацию с аудиторией преимущественно на западных примерах легкого, необязательного, щекочущего нервы диалога, не свойственной русской культуре греховной образности и непременной анекдотичности.