Хорошо осведомленный о живейшем интересе датского двора к Гренландии, Фолькенсдорф уделил особое внимание этому вопросу и сообщил королю: "Англичанин доверительно рассказал мне, что "он ел и пил с людьми, которые родились в Гренландии и которые каждый год совершают поездки на Русь и обратно. Эти люди привозят великому князю дань по льду". Они познакомили его (англичанина.- М. Б.) с их начальником, рассказавшим, что меледу Гренландией и Русью зимой и летом лежит лед, так что можно ездить на санях. Поездка продолжается месяц. Во льдах бывают полыньи, и тогда ходят не дольше месяца".

Реакция Христиана III на это сообщение неизвестна, да это не так уж и важно. Важно другое - через 29 лет после писем Норби Дания все еще не прекратила всякими путями собирать сведения о Гренландии - Груманте и, как видно, на этот раз имела некоторый успех. Источником стал рассказ осведомленного английского купца, лично встречавшегося с некоторыми русскими груманланами. Не все вызывает доверие в рассказе Робертуса, возможно, не все было понято правильно им самим и Фолькенсдорфом. Например, поморы не могли ходить на Шпицберген на санях. Вероятнее всего, при разговоре с русскими англичанин не понял, что в данном случае речь шла о судах-санях типа раншин, которые широко использовались в беломорских промыслах в условиях разреженных льдов, разводьев. Непонятно его сообщение о ежегодной дани, собираемой великим князем Руси с груманланов. Надо полагать, что речь шла о торговой пошлине. Но одно бесспорно - русские груманланы часто ходили на Шпицберген и за первые полстолетия своего пребывания там превратили груманланские промыслы в важную отрасль народного поморского производства.

Европейские источники, в частности голландские географические карты XVI-XVII вв., отвечают и на вопрос о местах русских поселений. На карте Герарда Меркатора 1569 г. севернее Скандинавского полуострова показана группа островов, названная им "Святые русские". Возможно, что изображалась южная часть архипелага Шпицберген или остров Медвежий, ставшие первыми объектами деятельности поморов. На голландской карте "Шпицберген 1614 г.", составленной неоднократно в конце XVI в. плававшим к архипелагу капитаном Иорисом Каролисом, к востоку от Западного Шпицбергена показана "неизвестная земля", что, по всей вероятности, означало остров Эдж, по-русски - Малый Берун. Еще восточнее Беруна указан Марфин остров на широте современной Земли Короля Карла либо острова Северо-Восточная Земля. Это уже и есть район русских островов, на одном из которых скандинавские ученые обнаружили старинное зимовье. Таким образом, тайна Русских островов по сути дела перестает быть таковой. Сейчас на основании новых документов с более или менее твердой уверенностью можно говорить, что с конца XV и начала XVI в. русские селились на архипелаге Шпицберген и что некоторые из русских промышленников располагали зимовья в его северо-восточной части.