При этом если в начале битвы за Моонзунд левые радикалы проявляли запредельный революционный патриотизм, рвя на груди тельняшки и клянясь, что они как один готовы умереть за революцию, то по мере ухудшения ситуации и нарастания ожесточенности боевых действий левый энтузиазм быстро выветрился, сменившись анархическими действиями и паникой. В определенной мере паническим настроениям способствовали и очевидные промахи высшего командования, которых во время сражения за Моонзунд тоже хватало.

Невзирая на случаи неповиновения и паники, в целом моряки Балтики с честью исполнили свой долг. Да, немцы захватили Моонзундский архипелаг, но, понеся понесли тяжелые потери, не рискнули прорываться далее, через минные поля и береговые батареи Финского залива к Петрограду.

Любопытно, что одной из немаловажных причин, почему германское командование затеяло атаку на Моонзунд, были причины, связанные с внутренними проблемами германского флота. Согласно воспоминаниям начальника Германского генерального штаба Э. Людендорфа, к осени 1917 года на германском флоте из-за «длительного бездействия» и «постоянного соприкосновения с родиной» начались волнения среди матросов. Фактически у немцев повторялось то, что происходило на российском Балтийском флоте, но с опозданием на девять месяцев. Испуганное революционным запалом российских матросов, германское командование хотело боевым столкновением флотов предотвратить распространение российской «заразы» на своих матросов. Моонзундская операция этой цели действительно поспособствовала, т.к., если братание в окопах -— дело весьма реальное, то братание в море просто невозможно. Однако, несмотря на определенный оперативный успех, в конечном итоге, пребывание на Балтике и если не личное, но опосредованное знакомство с тем, что сотворили русские матросы, произвело на их немецких коллег большое впечатление. После этого революционизация германского флота пошла с утроенной силой, и в ноябре 1918 года именно они явились детонатором, а затем и авангардной силой революции в Германии.

Все повторилось почти до деталей!

Итак, Моонзундское сражение стало достоянием истории. Избитые волнами и изрешеченные вражескими снарядами корабли Балтийского флота вернулись в свои базы. И сразу же все вернулось на круги своя. Матросы снова кинулись в революцию, и офицеры снова стали дня них не боевыми соратниками, а ретроградами-контрреволюционерами. Словно не было их единения перед внешним врагам. Словно они еще несколько дней назад не стояли вместе на продуваемых ветрами палубах под вражеским огнем. Увы, революционная ненависть оказалась матросам ближе, чем боевое братство.